Тибо, или потерянный крест

Если с королевой Сибиллой случится несчастье, — а говорят, что здоровье ее пошатнулось после того, как она родила мертвую девочку, — бароны, и на этот раз единогласно, отдадут корону принцессе Изабелле. Так что она не только ваша невестка, но еще и — и в первую очередь — ставка в политике.

— И что это означает?

— Это означает, что я намерен как можно лучше о ней позаботиться. И потому сейчас пришлю носилки, чтобы отнести ее в замок... вместе с ее мужем, само собой разумеется!

— Тем самым вы нарушите мои права: ваша принцесса — жена Онфруа де Торона, сеньора Керака, Моава и Торона, и.

..

— Да, в самом деле, а я и позабыл, — вкрадчиво промурлыкал маркиз с видом кота, который вот-вот проглотит мышку. — Но, в таком случае, что он здесь делает, почему прячется среди женских юбок? Если верно то, что рассказывают, Крак не пал в отличие от Торона, который отсюда совсем недалеко и который он даже не попытался сохранить. Отчего он сейчас не там?

— Саладин освободил моего сына, взяв с него обещание, что он больше не поднимет на него оружие! Мне кажется, это имеет значение!

— Это имеет значение, главным образом, для труса! — отрезал Монферра, не обременяя себя чрезмерной вежливостью.

— От этого обещания, к которому его принудили силой, патриарх... или даже первый попавшийся архиепископ мог бы его освободить, но, похоже, он предпочитает его выполнять. И потому я заявляю, что он неспособен обеспечить защиту столь знатной и столь драгоценной госпоже... Носилки скоро будут здесь. И я сам буду сопровождать Изабеллу!

— Без малейших колебаний! Тем более что дом этот — не ваш, вам его лишь предоставили на время...

С трудом обуздав свой гнев, Госпожа Крака сдалась:

— Ну, что ж, если дело принимает такой оборот, я позволю вашему врачу осмотреть мою невестку, — проговорила она снисходительно, но маркиз лишь насмешливо взглянул на нее.

— Премного благодарен! Вот только мне этого уже не хочется. Сопротивление, которое вы мне оказали, убеждает меня в том, что принцессе небезопасно оставаться в этом доме.

И скоро она будет в замке!

Разъяренная Стефания поняла, что с этим человеком ей не сладить. Часом позже Изабелла на крытых носилках с задернутыми занавесками прибыла в замок, где ее встретили с распростертыми объятиями мать (которая и не думала ничем болеть) и Евфимия. Изабеллу разместили на женской половине. Что же касается несчастного Онфруа, — ему пришлось отправиться в казарму к тем солдатам, которых он так ненавидел.