Тёмный трубач

Вся свита молодого герцога отправилась во Францию по суше, более длинной дорогой.

Когда их корабль причалил во французском портовом городе, Ивон отправил в Бордо гонца, который должен был известить Жерара о возвращении его брата. Этот шаг принес немало горя герцогу Бордо и его милой жене.

В те долгие месяцы, когда Ивон преодолевал опасности и сражался в сарацинских землях, его брат Жерар объявил его мертвецом, а себя — единственным и полноправным герцогом Бордо. К этой злобной выходке подговорили Жерара его тесть Жильбер, величайший мошенник во всей Франции, и жена Сесилия.

Когда гонец Ивона прибыл в крепость Бордо, Жерар почувствовал прилив сильного беспокойства, а потом и страха. Он знал, что его брат придет в ярость, как только узнает обо всем, что без него творилось в Бордо. Жерар пригласил гонца в отдаленную комнату и запер его там, поставив на страже у двери двух своих слуг. Никто из обитателей крепости не мог перемолвиться хотя бы одним словом с посланцем Ивона. Проделав все это, Жерар созвал на совет свою жену и тестя Жильбера.

Жильбер тоже смертельно испугался появления посланника, потому что он весьма жестоко и несправедливо обошелся с великим множеством жителей Бордо, и если бы Ивон вернулся назад в качестве законного правителя, многие люди в герцогстве подняли бы свои голоса против Жильбера. Поэтому Жильбер сказал Жерару:

— Все здесь помнят, каков бывал гнев твоего братца, если что-нибудь приходилось ему не по душе. Сколько людей знают здесь его тяжелую руку! Если он снова вернется в Бордо, не жди от него нежностей, — страшно даже вообразить, что он здесь натворит.

Так что, если Ивон снова станет герцогом Бордо, ты превратишься в бездомного нищего, которому негде будет приклонить голову.

При этих словах госпожа Сесилия, жена Жерара и дочь Жильбера, возвысила свой голос до крика, требуя, чтобы Жерар позаботился о ней — как она может быть нищенкой, просящей милостыню? Она должна быть герцогиней Бордо, и святая обязанность Жерара — добиться этого. Сесилия пришла в бешенство и использовала все свое коварство и красноречие, до тех пор, пока ее муж не упал в обморок прямо к ней в руки, поверив всякому вздору, который она успела наговорить.

Через некоторое время Жерар пришел в себя и повернул голову в сторону Жильбера. Слабым голосом Жерар спросил своего тестя, что нужно сделать для того, чтобы изгнать из Бордо Ивона.

— Гнев короля Карла Великого против Ивона со временем не прошел, и ничто не смягчило королевского сердца.