Тиран моей мечты

Да, иногда приятно почувствовать себя женщиной.

Вячеслав сел на водительское место и завел машину, спросил у меня адрес. Я назвала, он кивнул и вырулил на дорогу.

— Какую музыку предпочитаете? — поинтересовался, бросив на меня быстрый лукавый взгляд и улыбаясь мягко и обаятельно. Да уж, их с Назаром Миролюбовичем захочешь — не перепутаешь.

— Спокойную, — ответила я, прижимая к себе букет, как защиту от внешнего мира. — И желательно, не отечественную.

Не впечатляют меня наши эстрадные исполнители.

— И зря. Я вот бардовскую песню люблю очень, и фолк тоже.

Я промолчала, чтобы не показаться дурой. Я в последнее время слушала в основном песенки из детских фильмов и мультиков. «Мы теперь утята, и так прекрасно на свете жить», «От улыбки станет всем светлей», «Новогодние игрушки, свечи и хлопушки» и так далее. Я плохо представляла себе, что такое фолк, зато я могла сходу спеть песенку про тридцать три коровы или прекрасное далеко.

Вячеслав включил что-то ненавязчивое, без слов, просто музыку, и спросил: — Как вам работается с моим братом, Тина? У меня дернулся глаз.

— Нормально.

Мужчина усмехнулся.

— Ой, обманываете. С Назаром очень непросто бывает… — Бывает, — не стала отрицать я. — Но мало ли, что и у кого там бывает. В целом — нормально. Ваш брат — прекрасный специалист, и уже только за это ему можно многое простить.

— Можно, — фыркнул Вячеслав. — И я этим всю жизнь занимаюсь. Прощаю ему его сложный характер и пытаюсь найти общий язык. В детстве это было проще, а потом отец ушел от мамы, и Назар очень изменился.

— Угу, — буркнула я, отворачиваясь, чтобы он не заметил моих эмоций. Как-то нехорошо так про брата… — Вот и сейчас. Пришел я к нему за родственной помощью, а мне — фиг с маслом. На других клиентов у него время есть, а на собственного брата… Честно говоря, я сомневалась в том, что Назар Миролюбович мог отправить Вячеслава восвояси исключительно по этой причине."

"— А что у вас случилось? — Иллюстрацию у меня стащили, — вздохнул брат начальника.

— Стащили и используют теперь повсюду. На сайте, на пакетах, на рекламных буклетах — везде. А денег мне не платят.

Что-то здесь было нечисто, но я промолчала.

— А Назар мне помочь не хочет. Не интересно ему, когда дело слишком простое, и времени на меня нет. Вот они какие — родственные чувства.

Я по- прежнему не знала, что сказать, поэтому пробубнила нечто неразборчивое. Но Вячеславу, кажется, и не требовался мой ответ.