Титан империи 2 (СИ)

Но иногда я с ними даже разговариваю.

— С кем? С мимиками?

— С ними, с проклятыми. Мы тут в деревне много с кем общаемся. Любой охотник знает, что если вдруг в лесу баба тебя какая из кустов кликать начнет, лучше к ней в объятья не бежать.

— Это что тоже некс?

— Может и некс, — пожал плечами Костоправ. — А может животину какую так скрутило, что она теперь голоса человечьи повторять умеет. Он-то, черт, сразу не нападает.Если увидишь такого — беги без оглядки. Второй раз на него смотреть нельзя, так как он сразу за твоей спиной окажется.

— Я сам мимика только один раз в жизни видел, — сказал Клим. — К счастью, дохлого. Серый, тощий, как скелет и в черных обносках. Но здоровый и длинный, не поверите — три метра ростом. А вот клыков нет. Ни рта, ни глазищ, ни носа — просто чистая рожа. Хер знает, чем он жертву зовет…

В лагере что-то происходило. Я вскинул бинокль и вгляделся.

Дверь в землянку стояла нараспашку, а вокруг ходил десяток бугаев в «зеленке». Они немного потоптались у входа, а потом начали вытаскивать наружу людей.

Я чуть-чуть увеличил резкость, чтобы разглядеть лица.

Варя! — екнуло мое сердце, когда я увидел ту, что вывели первой. Невредима, пусть и волосы безжалостно обрезаны.

А рядом… Лена?! Вот так да! Похоже, далеко не убежала моя ненаглядная бывшая!

Эх, предупреждал же я тебя, дура, что свои для тебя страшнее чужих. Не послушала — на, получи и распишись!

И еще какая-то черноволосая женщина в возрасте. У всех троих руки связаны за спиной. У той бабы и Вари повязки.

А вокруг скапливается все больше этой мрази. И даже машину подкатили.

И чего вы ублюдки задумали?..

— Что там, босс? — прошептал Павличенко, вглядываясь вдаль. — Это наша пленница?

— Угу… и не одна — пробурчал я и сунул ему бинокль.

— Выстроили их у стены, — сказал Павличенко, наблюдая за происходящим. — О чем-то болтают. Эй…

— А я знаю вон того седого мудака. Одноглазого и с раскрученным е***лником! Нихера, мудень! Вырвался таки?!

— Вепрь, держи, — и Клим отдал мне бинокль.

— Вепрь? — переспросил я, вглядываясь в неизвестное мне лицо.

Да, имя отца уже слетало с уст Лены, когда мы с ней беседовали в допросной, да и Нина упоминала его. Но, кажется, обе говорили, что он умер?

— Думал, раз унесли его гарпии в гнездо, так все — кирдык ему, — подтвердил Павличенко мои мысли.