И да… Я знаю, это ничего такого не значит, но мое только-только успокоившееся сердце сбивается с ритма, а с губ срывается тихий вздох. Поправив плед, которым накрылась, я кладу руку рядом с его ладонью. Наши мизинцы разделяют какие-то миллиметры, да и тело, не подчиняясь разуму, подвигается ближе, ища чужой сладкой близости, вызывающих дрожь прикосновений и щекочущей ласки. Как будто бы разделяя мои желания, Фед подтягивается на локте, чтобы можно было меня обнять, устроившись сзади. Это кошмар, нервы на пределе возможного, дыхания… нет.
Он похитил воздух. Мой воздух. Запрокидываю голову, всем телом приникая к нему. Фед фиксирует мои бедра, ультимативно отбирая инициативу. А я ведь думала, что мне придется постараться, чтобы как-то его расшевелить. Нет… Ничего не приходится делать. Вероятно, за это мне следует поблагодарить его возраст, когда достаточно самой малости, чтобы завестись. И, конечно, долгое воздержание…
– Мне нравится судья Док! А тебе, пап?
– Эм… Ничего. Да.
Мне смешно. И жарко. И хочется продолжения, но я понимаю, что продолжать сейчас будет глупо.
Лишь измучаемся, так и не доведя начатое до конца.
– А тебе, Дин?
– Мне нравится Фло, – пыхчу я. – Ух ты. Вы уже доели попкорн? Я принесу еще…
– Потом. Они наелись. – Фед не дает мне уйти, сжимая руку на животе сильнее. По инерции я подаюсь назад слишком резко. Врезаюсь задницей в его пах. А там…
– Твою мать… – цедит Федор сквозь зубы.
– Ахах, – выдыхаю я.
– Что такое, Дин? У тебя что-то болит?
– Угу, – смех скрываю за кашлем. – Пойду выпью таблетку.
Я все-таки вырываюсь из рук Федора и прячусь в кухне. Ничего. Так даже лучше. Пусть потомится. Ему это точно пойдет на пользу. Оглядываюсь в поиск злосчастных коробок с попкорном. Решив, что Фед убрал их в кладовую, захожу внутрь. Неудивительно, что он никак не привыкнет, что куда складывать. Полок здесь миллион, я и сама, бывает, теряюсь. Вытягиваюсь на цыпочки, в попытке достать до самой высокой. И замираю, когда дверь за спиной хлопает.
– Фед…
– Ш-ш-ш, – рот накрывает сухая горячая ладонь.
– Мальчики… – только и могу выдавить я.
– Мы быстро. У меня большой опыт в перепихоне на скорую…
Все схлопывается в момент. Желание и надежда, радость и страсть. Наверное, он понимает, что ляпнул что-то не то по тому, как напрягается мое тело.
– Ч-черт. Я не сравниваю, если ты так подумала. Я…
Сравнивает. Впрочем, это, наверное, неизбежно. Так происходит помимо воли. Если какое-то чувство, к примеру, любовь, не перекрывает собой все другие.
