Ткань наших душ

— Он затаил на меня обиду еще задолго до моего пребывания в «Харлоу»…но я боюсь, что сейчас он положил глаз на кого-то другого…

Мой желудок скручивается от мысли о холодных руках Кросби, сжимающих горло Уинн.

— Нет. Только не она.

Я киваю, не зная, что еще могу сказать.

— Мы должны подать заявление в полицию. Мы больше не в безопасности.

Лэнстон сбрасывает одеяло и пытается встать с кровати. Его ноги подкашиваются, и я подхватываю его, прежде чем он падает. Его карие глаза полны боли, и мне больно видеть его таким напуганным.

Это моя вина. Это все моя вина."

"— Я уже это сделал. Я все им рассказал.

Ложу его обратно в кровать.

Глаза Лэнстона настороженно ищут мои.

— Они поймали его?

Качаю головой.

— Пока нет.

Можно ли вообще поймать такого монстра, как он? Я очень сомневаюсь.

На меня надежды нет, но Уинн может сбежать с Лэнстоном.

Пока они далеко от меня, Кросби не будет их преследовать.

Он хочет их только потому, что они близки, потому что они что-то значат для меня.

Они могут быть счастливы.

Они могут жить без меня.

— Я позабочусь о нем, когда он вернется… Я уверен, что он снова будет здесь через несколько недель.

Опускаю взгляд, думая о том, как я убью человека, который преследовал меня так долго.

Лицо Лэнстона бледнеет.

— Он часто возвращался?

— Да. — Не свожу глаз с пола. — Как часовой механизм. Я никогда не думал, что он причинит вам вред… Я знаю, что мне теперь делать. Я хочу, чтобы ты пообещал, что позаботишься о Уинн.

Глаза Лэнстона расширяются, он бьет кулаками по простыням.

— Нет. Она влюблена в тебя, Лиам. Мы втроем можем выйти из этого. Давай просто уедем, он не сможет нас найти.

Я качаю головой.

— Он узнает. Он всегда меня находит.

Он молчит несколько минут, а потом бормочет:

— Я рассказал ей о Кросби.

Моя голова закипает от ярости.

— Ты этого не сделал.

В его карих глазах застыла решимость.

— Сделал.

Я не должен удивляться. Они так близки, а я сам отказался ей рассказывать.

Конечно, все было достаточно странно, чтобы она искала ответы в другом месте.

Кросби.

Лэнстон так же погружен в темноту, как и она. Они должны быть вместе.

— Спасибо, что спас меня там.

Лэнстон осторожно касается раны на голове. Обезболивающее, должно быть, облегчило его боль, но я хватаю его за руку и не даю ему исследовать слишком большую часть повреждений. Его ударили гребаным мачете, ему повезло, что череп не проломили.

— Надо было его убить, — бездумно бормочу я, глядя на окровавленные бинты, обмотанные вокруг головы Лэнстона.