Тление

В подходящем настроении мне подобное ощущение нравилось, а я была именно в таком настроении сейчас. Я отпустила плечи Грэхема, и он приподнялся надо мной так, словно пытался отжаться, а я мешалась у него на пути. Внизу он от этого прижался ко мне сильнее, и мне это понравилось. Крики толпы, казалось, звучали откуда-то издалека, когда я смотрела в лицо мужчины над собой. Мой взгляд скользнул по его груди в сторону талии и ниже — джинсы по-прежнему были на месте. Жан-Клод склонился надо мной, чтобы шепнуть что-то Грэхему на ухо, и от этого зрелища, когда они оба вот так нависали надо мной, мой пульс подскочил, мне захотелось большего.

Жан-Клод подался ко мне для поцелуя, а Грэхем прогнулся сильнее и начал тереться об меня — это называется секс без проникновения, и я уже была мокрой. Поцелуй Жан-Клода вышел мягким и таким же нетерпеливым, как тот ритм, который набирал Грэхем, потираясь об меня внизу. Я зарылась пальцами в волосы Жан-Клода, взлохматила его тугие, мягкие кудри, потому что тоже теряла терпение у его рта, и мои бедра начали приподниматься навстречу Грэхему.

Я ощутила резкую боль, как от кусочка конфеты, которую рассасываешь так долго, что она в итоге режет тебе язык, и почувствовала кровь медной монеткой у себя на языке. Жан-Клод отстранился — его глаза горели синим пламенем, а на губах блестела алая точка. Он слизнул мою кровь со своей губы и шепнул:

Я прошептала его имя в ответ, и тогда в нашу силу, которую мы набрали, проползла другая, подобно темной нити, пущенной через нашу чистую жажду.

Голос Жан-Клода прозвучал у меня в голове:

Я попыталась мысленно ответить ему, но из-за того, что Грэхем терся об меня и его желание наполняло воздух, я не могла толком сосредоточиться. Так что я шепнула:

Он поцеловал меня еще раз, но не ради удовольствия, а для того, чтобы я попробовала ту силу, которая нам не принадлежала. Она походила… на туман, который цеплялся к каждому человеку в толпе. Некоторых людей она покрывала плотнее, другие стояли будто бы в паутине, но отмечены ею были абсолютно все.

Некто, другой вампир, проскользнул сквозь силу Жан-Клода троянским конем, и теперь, если мы не очистим публику от его мерзости, он подчинит их, и это будет наша вина. Мы должны их спасти. Жан-Клод вновь прервал поцелуй, чтобы посмотреть мне в глаза. Он считал, что нам нужно поднабрать еще силы.

Грэхем прекратил об меня тереться, словно почувствовал те мысли, которыми поделился со мной Жан-Клод, а может, я просто забыла о том, что он здесь.