Тление

— Ты хороший ученик, такой сексуальный, — заметил Натэниэл, и с улыбкой наклонился к зеленоглазому вампиру. Дамиан подался ему навстречу, их губы встретились — мягко и нежно. Это зрелище наполнило меня счастливым теплом от осознания того факта, что они мои, а я их. Натэниэл отстранился от поцелуя, и я заняла его место, что застало Дамиана врасплох — он распахнул глаза, а после наклонился вперед для поцелуя, и я сделала то же самое.

Поцелуй вышел долгим и глубоким, с моим языком между крепкими кончиками его клыков, когда он распахнул для меня рот пошире.

Мы обняли друг друга, а руки Натэниэла прижали нас крепче, так что мы прервали поцелуй и повернулись к нему. Я нащупала губы Натэниэла, а Дамиан — его щеку.

— Хватит! — рявкнул Жан-Клод, обрушив на нас поток своей силы.

Было мгновение, когда я не могла понять, где я, кто я, даже когда Натэниэл шепнул в наших головах: «Достаточно». Я прижалась к нему, перекинув ногу через его бедро — часть меня понимала, что так сверкаю своими прелестями на всю комнату, но это недостаточно серьезно меня парило, чтобы сесть по-другому.

Дамиан прижался к Натэниэлу с другой стороны, хотя он был слишком высоким, чтобы положить голову на плечо Натэниэлу, как это сделала я. Я посмотрела на Жан-Клода — он стоял над нами, и я чувствовала, как он огорчен, но это ощущение ускользало под натиском удовольствия Натэниэла и многовековым самоконтролем Дамиана, который тоже на мгновение поддался Натэниэлу. Я вдруг поняла, что сила Натэниэла заключалась в том, что он использовал тот ледяной контроль, который за столетия выработал Дамиан, и которым он сам боялся теперь воспользоваться. А Натэниэл не боялся.

— Ты бросаешь мне вызов? — полюбопытствовал Жан-Клод. Он казался скорее удивленным, нежели разгневанным. Ричард стоял рядом с ним, однако по его лицу было ясно, что он понятия не имеет, что делать — он и так был не в своей тарелке.

— Нет, — ответил Натэниэл, и его голос прозвучал так уверенно — в нем не было ни единой нотки всеобъемлющих наслаждений, которые испытывали мы с Дамианом.

— В таком случае, что это такое?

— Это — четвертая метка, то, какая она, когда сила не пугает тебя. Если бы я не был помолвлен с Микой, а мы трое не представляли бы из себя счастливый тройничок, этого могло быть достаточно. Не будь я таким моралистом, мог бы поглотить их обоих.

— Такое чувство, что ты уже, — заметил Ричард.

— Я позволил этому произойти, чтобы вы двое поняли, на что это похоже.