Тление

Я так и стояла на своих четырех до тех пор, пока не перестала дрожать, после чего выпрямилась, оттолкнувшись пальцами, и вернулась на пятки. В какой-то момент мне захотелось все бросить и убежать с места преступления, чтобы увидеть, как Жан-Клод танцует на сцене. Желание это было таким сильным, что я уже начала поворачиваться к двери, когда спохватилась.

— Я себя тоже никогда такой не видела, — пробормотала я.

— Что? — переспросил Дольф.

— Серьезно? — удивился МакКиннон.

— Серьезнее некуда. У нас с Жан-Клодом еще будет разговор на эту тему.

— Звучишь не слишком радостно, — заметил МакКиннон.

Я уставилась на него и это, должно быть, был хороший взгляд, потому что он вскинул свои руки вверх.

— Прости, Блейк, я просто комментирую.

— Может, тебе стоит попридержать свои комментарии.

В моей голове вновь зазвучал голос Жан-Клода. Я начала было укрываться щитами, когда он сказал:

Я колебалась — слишком взвинчена была, чтобы устаканить все в своей голове, но Жан-Клод все понял, потому что сказал:

— Кто бы ни ослабил твою способность к сопротивлению, это был не я и не ты сама.

— Вот дерьмо, — с чувством ругнулась я, и волна страха окатила мою кожу холодом.

— Что случилось? — спросил Дольф.

— На нас напали, — ответила я.

— Где? — уточнил он. — Мы отправим подкрепление.

Я мысленно пообещала себе потом обнять его за то, что именно это стало его первой мыслью. Сейчас же я покачала головой.

— Не так атакуют — не физически, а магией.

— Что ты имеешь в виду? — не понял МакКиннон.

Я вновь покачала головой.

— Я имею в виду, что кто-то или что-то вмешалось, когда я только что связалась с Жан-Клодом. Мне здорово трахнули мозги. Я была будто очарована. Со мной годами такого не было. Черт, да ни один вампир меня так не прокатывал уже много лет.

— Ты уверена, что это не Жан-Клода малость занесло? — поинтересовался МакКиннон.

— Уверена, потому что одна из причин, почему ему так долго не удавалось завоевать меня, это мой страх перед подобной херней.

— Подожди, — начал МакКиннон, — ты хочешь сказать, что этого было бы достаточно, чтобы ты отменила свадьбу?

— Еще бы, черт возьми. Если он сознательно трахает мне мозги вот так, то я больше не хочу иметь с ним никаких дел. Это как метафизическое изнасилование, с той только разницей, что это настоящий афродизиак, который вызывает реальное влечение или того хуже — любовь.