Я ненадолго закрываю глаза, пытаясь отогнать волну напряжения и изнеможения. Когда я снова открываю их, замечаю кое-что странное. Я наклоняюсь, чтобы рассмотреть левую лодыжку Алекса поближе.
Какого черта?
В этот момент дверь открывается и входит Сандрин.
– Что ты делаешь? – спрашивает она, в ее тоне слышится обвинение.
– Подойди и взгляни на это. – Я указываю на ногу Алекса.
– Что такое? – Сандрин смотрит на нее.
Я поднимаю его ногу так высоко, как только могу, проверяя снизу.
– Видишь, вот.
– Я указываю на нечто, похожее на линию синяка, обвивающего лодыжку. Осторожно опуская ногу, я проверяю вторую. Там, более блекло, виднеется похожая отметина, которую я проглядела раньше, отвлеченная пятнами обморожения.
– Его связывали, – заключаю я.
Сандрин смотрит на меня несколько секунд, раскрыв рот, затем качает головой.
– Это, должно быть, от ботинок.
Я обдумываю ее догадку. Могли лыжные ботинки оставить такие следы? Это возможно, предполагаю я; может, его пара ему натирала.
Я мысленно делаю заметку проверить прихожую, как только закончу, поискать какую-то обувь, которая могла оставить эти странные следы. Если, конечно, его ботинки не остались где-то снаружи, а Дрю и Люк как-то их проглядели.
– Что ты сказала АСН? – смотрю я на Сандрин.
– Что члена нашей команды обнаружили мертвым на льду. Предположительно самоубийство.
– А что ты скажешь всем остальным? – спрашиваю я, когда она направляется к двери.
– Ничего, – ее тон настолько отрывистый, что граничит с грубостью.
– Мы скажем, что он мертв, и все. Что мы считаем, он покончил с собой. – Она многозначительно смотрит на меня. – Мы не должны раздувать еще больше сплетен и спекуляций, Кейт. Нам нужно пережить следующие несколько месяцев. Это наша главная цель.
Я не отвечаю. Я не знаю, что сказать.
– Ты это понимаешь, да? – повторяет она.
Я киваю, потому что не готова об этом спорить прежде, чем смогу все обдумать.
– Нам нужно положить его в мешок и переправить в холодильник, – говорю я.
– Им придется делать вскрытие весной.
– Я пришлю Арне и Дрю за ним и попрошу остальных подождать в гостиной, им необязательно это видеть. – С этим она уходит, закрывая за собой дверь.
Мне нужно убедиться, что мы не в опасности.
Слова Жан-Люка всплывают в моей голове. Возможно ли, что Сандрин ошиблась? Что это не самоубийство? И не несчастный случай."
"Я снова изучаю отметины на его лодыжках, пытаясь обдумать это.
