Тьма в его сердце (СИ)

Резким движением я распахнула входную дверь, совсем забывая о мерах предосторожности."

"Мой боевой настрой исчез, как только я заметила на пороге квартиры консьержа — Ларри. Ему не было и тридцати лет. Светлые волосы были затянуты в низкий короткий хвостик, а голубые глаза беспокойно оглядели меня с ног до головы.

Хорошо, что халат накинула.

На нем была форма, которая всегда казалась мне чудной, будто он не консьерж, а проводник Полярного экспресса. Рядом, сильно возвышаясь над Ларри, стоял другой мужчина, с ним я не была знакома, но, кажется, это один из охраны жилищного комплекса.

Дуболом под два метра ростом, внушал страх в людей одним своим видом, хотя в этом черно-белом костюме выглядел почти сносно.

И что они оба забыли на пороге моего дома?

— Чем могу помочь, джентльмены? — недовольным голосом спросила я.

Ларри замялся, видимо смущенный ситуацией.

Не могу представить, с чего он решил заявиться ко мне вечером и еще иметь наглость пялиться на мое тело, замотанное в халат?

За моей спиной показалась Барбара, в отличие от меня, она не потрудилась прикрыть все оголенные участки кожи, ее пижама, прятала еще меньше, чем моя.

— Мисс Морель, с вами все в порядке? — спросил Ларри.

Со мной все прекрасно, а вот с вами похоже не очень. Но вместо этого я сказала:

— Да, а что случилось?

— Миссис Скотт сообщила, что к вам проник какой-то мужчина, — пытался оправдаться консьерж. С каждым его словом, я становилась злее, с каждой моей переменной эмоций, его лицо становилось белее.

— Вот карга старая! — воскликнула я, замечая как округляются глаза мужчин.

— Простите, — уже тише сказала я, — вот Барбара, вы знаете, это моя подруга, я впустила ее добровольно, и она совсем не похожа на мужчину.

В отчаянии я схватилась рукой за лоб. Это было невыносимо! Старая женщина решила испоганить мою жизнь окончательно! И сколько раз в неделю она будет подсылать ко мне администрацию комплекса?

— Миссис Скотт нужно проверить зрение, — сказала Барбара, складывая руки на груди.

Ларри напряженно вздохнул и посмотрел на Дуболома.

— Спасибо, Лоу, можете идти.

Лоу? Я думала его имя кувалда или молот или что-то в этом роде, но точно не безобидное «Лоу».

Бугай кивнул и удалился, скрываясь в дверях лифта.

— Она изводит меня постоянно, это просто невыносимо, — пожаловалась я, вскидывая руки, словно взывая к небесам, чтобы бабка оставила меня в покое.