Тьма в его сердце (СИ)

Шуршание стало более выраженным.

— В женском отделе, — добавила я, вслушиваясь в его тяжелое дыхание.

— Да, Джоанна.

— Для тех, кому за семьдесят.

Я почти слышала, как он подавился. Голос стих, все звуки исчезли.

— Что? — громко спросил он.

Я не могла сдержать смеха.

— Не дождешься, я в пижаме.

Но он и здесь выкрутился.

— Мм, а расскажи поподробнее, — в его голосе снова появился игривый тон.

Я мельком оглядела воротничок своей пижамы и пожала плечами.

— Черная, шелковая, прочная ткань. Длинные штаны и рубашка.

— Рубашка? — хрипло спросил он.

Я почувствовала, как в моей груди медом разливается тепло. А в животе возникло приятное ощущение, словно лопаются маленькие пузырьки газировки.

— Да, застегнутая на все пуговицы. Вот так вот.

Он рассмеялся.

— Ладно, а ты совсем не даешь мне пофантазировать.

— Нечего тебе фантазировать на ночь. Как по мне ты слишком впечатлительный. Насмотришься ерунды, а потом расхаживаешь с голым задом у туалетных кабинок.

— Дикарка.

— Я не Дикарка, и не называй меня так. Когда слышу это прозвище, то ощущаю себя какой-то первобытной женщиной. Понимаешь?

— Да, — выдохнул он. — Я рад, что ты ответила, Дикарка. Мне нравится твой голос.

От его откровения, мои щеки залило краской. Это была такая мелочь, но отчего-то меня наполнило радостью.

Я быстро успокоила затрепетавшее сердце и сказала твердым голосом:

— Я же попросила.

— Прости, — вздохнул он, в голосе слышались смешливые нотки. — Ты собиралась спать.

— Да, — заторможено ответила я, все еще думая о его словах.

— Спокойной ночи, Дикарка.

— Ах, ты!

Блейк повесил трубку.

Я откинула телефон на прикроватную тумбочку и замоталась в одеяло.

Ему нравился мой голос, может ему нравилась и я? Нравилась по-настоящему, а не в качестве сексуального объекта?

Вчера Барбара сказала, что Блейк мог в меня влюбиться, и я ответила ей строгим «нет», я бы и дальше так думала, но этот звонок, заставил меня засомневаться в своем ответе.

Если он действительно начнет чувствовать ко мне что-то, даже самую маленькую влюбленность, мне нужно будет отступить. Я хотела поиграть с человеком, который состоит из тьмы, в котором не было ни капли света, ничего хорошего.

Я винила его в том, как он обходился с девушками. А что, если все они понимали на что шли? «Я не тот, кто принуждает. Я люблю, когда девушка сама желает этого», «я не стану делать что-то без твоего разрешения» — говорил он.