Тьма в его сердце

– Помимо того, что она раздает свой номер посетителям, она спит с Эриком.

Глаза подруги округлились на секунду, но затем она нахмурилась и покачала головой, словно не понимала о ком я.

– Погоди, что за Эрик? – спросила она.

– Эрик Лоусон, – шепнула я.

Ее брови моментально подскочили, а рот приоткрылся, как если бы ей недоставало воздуха, и она срочно нуждалась в глубоком вдохе.

– Лоусон? И ты говоришь мне об этом только сейчас? – удивленно спросила она.

Пришел мой черед хмуриться.

– Ты же видела его тогда в ресторане.

– Где я могла его видеть, Джоанна? Я не выходила из той комнаты за баром до двух ночи! Я видела только Блейка, и то, потому что он решил подойти к барной стойке! – гневно зашептала она, посылая мне свой немного безумный взгляд.

Сильно удивленная или рассерженная Барбара была похожа не на красавицу Барби, а на злобную куклу Чаки.

– Я думала, ты видела, – спокойно ответила я, поправляя пряди волос упавшие на щеки.

Разве я не говорила об Эрике?

– Не видела, и ты не упоминала о нем.

Маккензи. Маккензи это фамилия Кайла. О династии Маккензи я не слышала ничего раньше, в отличие от династии Джефферсон.

– Он не был моей школьной любовью! Это была простая симпатия, – решила оправдаться я.

Барбара напряженно выдохнула, и откинувшись на спинку сиденья, сложила руки на груди.

– Ладно, это не важно. Если Блейк все еще не в курсе, что ты Хэтфилд, значит Лоусон тебя не узнал, – медленно протянула она, на ходу обдумывая свои слова.

– Не узнал, но из друзей Блейка он больше всех интересовался мной, – сказала я, вспоминая вопросы Эрика о моей биографии.

Он никак не мог меня узнать. Как можно узнать того, кого ты и не знал вовсе.

– А если притворяется? Вдруг он узнал тебя с самого начала, а сейчас разыгрывает какой-то спектакль? – хмуро спросила она.

– Не думаю, что он мог меня узнать, мы даже знакомы с ним не были, – ответила я.

– Но он дружил с твоим братом.

– Я бы не назвала это дружбой, это скорее были просто приятельские отношения, – объяснила я.

– Если он тебя узнает, это разрушит наш план, – заметила подруга.

Ей не о чем было переживать. Эрик не замечал меня тогда. С чего бы ему замечать меня сейчас?

Я сильно изменилась за эти восемь лет, что мы не виделись. Но основное, то, что никогда не привлекло бы его, осталось прежним: большой зад, маленький рост, маленькая грудь. Я не была в его вкусе.