Точка зрения Всеведущего читателя. Том 1

Глубоко вздохнув, я сказал преувеличенно спокойным тоном.

«Моя мать убила моего отца».

Как ни странно – мои слова прозвучали смешно. Я говорил так, словно это была чья-то история.

«Она попала за это в тюрьму».

Я продолжал рассказывать.

«Мой отец… мне стыдно говорить, но он заслуживал смерти. Домашнее насилие, азартные игры, поручительство… мы с мамой каждый день жили в страхе. Не было и дня без синяков. Меня иногда били. И вот однажды мама решила, что с неё хватит».

«Я думал, что это было известно в компании.

Ю Сангах не ответила. Подумав, она поняла, что коснулась той раны, которой не стоило касаться.

«Ты ведь считаешь это странным, да? Это неправильно с позиции закона, но ты не понимаешь почему я её ненавижу».

«Нет! Я не Докча-сси, поэтому не понимаю…»

«Давай честно, ты думаешь, что я должен простить её?»

Ю Сангах ничего не сказала. С этим ничего не поделаешь. Рана начала кровоточить.

Наступила неловкая пауза, после чего я продолжил:

«Ты слышала про книгу под названием Убийца из Преисподней? Она была в списках бестселлеров Кьёбо».

Разговор о книге начался внезапно. Ю Сангах подумала, что прошлая тема закрыта и неуверенно ответила:

«Кажется я слышала об этом. Разве это был не удивительный бестселлер?»

«Это было эссе, написанное женщиной, с которой плохо обращался её муж, а она его убила за это. Критики неплохо его оценили. Они сказали, что вышла корейская версия Записок из Преисподней. Разумеется, это было переоценено».

Лицо Ю Сангах внезапно потемнело. Она поняла. Я не менял тему.

«Именно так. Моя мама написала её».

Ю Сангах открыла рот в изумлении.

«Я отлично помню, как группа репортёров ждала меня у дома. Они всё спрашивали меня – а было ли эссе реальным».

«Я помню, что говорили мои одноклассники. Они говорили, что моя мать зарабатывает на продаже своего убийства».

«Мои родственники тоже говорили подобное. Моя мать убийца. Как она посмела показать своё лицо в газетах?»

Ю Сангах хотела меня прервать, но я не позволил.

«Это было ощутимой сложностью. Чего уж там, это было пыткой».

«Я мог быть просто ребёнком убийцы. Но это ещё и продавалось, как кассовая история. Мою жизнь попросту превратили в деньги».

Я посмотрел на небо. Хоть сейчас была ночь, но я был уверен, что далёкие созвездия наблюдали за мной. Возможно эта история звучит и для них.

Но созвездия не торопились посылать мне монеты. Должен ли я радоваться этому? Я не знаю.