У Маринки Васька сейгод тоже так гулять пошел: закачку поставил, стопку нет. Думали, пронесло. А его потом из-за лагов неделю на перо в «Контр-страйке» ентом вашем сажали. Маринка людям в глаза смотреть стыдилась… Дурень! В серванте, вон, дедова «морошка».
— Прости! — крикнул Семён уже из комнаты: то ли бабуле, то ли Сетевику.
Стопку парень наполнил от души, а «Морошка»-то у деда была изумительной! Закачка сразу прибавила семь процентов. Однако бабуля все еще серчала.
— Мел возьми! Ежели в клуб решите…
— Да не собирались мы, ба…
— Ты от тюрьмы да от клуба-то не зарекайся.
Парень взял мелок и сунул в карман, но бабушка по-прежнему преграждала выход.
— Еще пятихаточку возьми. В моцике оставь: Каретника давно не уваживали.
Семён нежно чмокнул бабушку в морщинистую щеку и поспешил в «МАГАЗИН».
— Пацан, ты с какого сегмента?
— Он вообще из локалки?
Вопросы, которые двое молодых рабочих градообразующего предприятия задали невзрачному пареньку, повисли в воздухе. Отчего-то парни в модных белых тришках вдруг полностью утратили интерес к незнакомцу. Тот смущённо пожал плечами и засеменил прочь: никто во дворе не эту сцену внимания не обратил.
А двор-то был полон народу: погода выдалась прекрасная, что в Северске умели ценить.
— Всё есть! — Семён помахал пакетом из «МАГАЗИНА».
Старшие рассказывали, что когда-то местное общество делилось по дворам и районам, но Семён с Диманом такого не помнили.
Сегодня во дворе хватало пацанов с третьего и четвёртого сегментов, но это нормально. Они все ровные, правильные.
