Перед окном напротив как раз возник огромный кусок плоти, подобный среднего размера киту — будь у кита на голове был пожелтевший ноготь, с бурой коркой на месте содранного заусенца и плотной грязью под краем.
Палец Мексиканца выдавил стекло и уверенно проник в нутро офиса, сокрушая всё на своём пути. Убегающего беднягу из Беркли он размазал по стене: кровь брызнула во все стороны, как из прихлопнутого комара. Шлёп! Вот и нет перспективного яппи.
Мексиканец заглянул в офис. Ничего, кроме его глаза, в окне перед Кларком теперь не было — зрачок, коричневая радужка, густой красный узор сосудов на воспалённом белке.
— ¡Soy mexicano! ¡Soy mexicano! — голосил из-под опрокинутого шкафа мигрант-уборщик.
Плевать ему, amigo, что ты тоже мексиканец.
Верхушка небоскрёба, похоже, наконец отломилась. Пол резко наклонился, как горная лыжная трасса, и мистер Кларк заскользил по нему к разверзнувшемуся оконному проёму, даже не пытаясь за что-нибудь ухватиться.
Перед падающим с трёхсотметровой высоты мистером Кларком раскинулся город, определённо переживающий свой последний день. Была хорошо видна тропа, которую Мексиканец проделал через центр Лос-Анджелеса, шагая по зданиям. Внизу сверкали мигалки, копошились люди, но постепенно всё заволакивала густая пыль.
Мануэль Альенде основательно надрался благородным напитком и наконец начал отрабатывать программу, ради которой Делайла терпела эту неприятную встречу.
— Понимаешь, да? Весь мир взвыл, когда Мексиканец начал дербанить этот ваш драгоценный злоебучий Голливуд. И конечно, по нашу сторону границы его сразу полюбили как родного, едва увидали это в новостях. Мексиканец топчет виллы актёришек-гомиков и актрис-потаскух, о да! Мексиканец ломает башню американского банка! Мексиканец играет в футбол танком-демократоносцем! Прелесть, да? Обосраться можно от счастья, да? Ну, чего молчишь? Не смешно? Не смешно тебе? Не весело? Не смешно? Не весело? А? А?! Ааа?.
Мануэль в очередной раз осушил стакан, ударил им по столу.
— Херня из-под ног коня! Мексиканец разнёс половину Тихуаны, прежде чем добрался до границы — но даже у нас большинству начхать. Главное, что гринго выкусили. Кого волнует Тихуана — тут всё равно или американские студентики, или те, кто их обслуживает. Побочный, типа, ущерб, мамок их драть.
