Он даже повернуться-то не успел на шум, лишь вздрогнул и опрокинул стакан с домашним лимонадом. Бах! Алый фонтан крови и мозгов вылетел из его лба, забрызгав краешек платья хозяйки. Белых горошинок не стало видно: только красное.
Девушка даже не поморщилась. Только поскакала на кухню — видимо, за шваброй…
Мы со стариком выволокли трупы из дома.
— Мороки с лопатами… а зверюшек, сынок, кормить надо. Видишь загон? Вот туда, будь любезен, тащи. А то я умаялся…
Это правда: он кряхтел и кашлял. Не в форме старикан для подобных физических упражнений, зато мне-то сил было не занимать.
В поздний час, когда заметно похолодало, мощные туши крокодилов едва-едва шевелились: видно только, что дышат. Заметное движение — лишь в дальнем углу… но эта тварь не особенно напоминала крокодила.
Если точнее, то напоминала: морда точно крокодилья… однако лапы! И поза странная: чудище сидело, словно человек.
Я заорал так, что могли бы в ближайшем полицейском участке услыхать — без разницы, сколько до него миль. Схватился за пистолет, но старик остановил меня.
— Не голоси!.. Это не враг. Это… ну, предшественник. Не крокодил ещё, да уж и не человек. Ему тяжко, пока посерёдке. Так что ты уж поимей уваженьице.
Пальцы медленно разжались, освободив рукоятку.
— Так-то лучше. Давай, тащи второго.
Пока я волок к крокодилам (и не совсем крокодилам) второе тело, возник один вполне логичный вопрос. Да, вы можете сказать: какая логика, если происходит подобная дичь? А я вам отвечу, что такие кислоты жрал в своё время — вам и не снилось! Видал и людей-крокодилов, и чего похуже. Всё равно человек-человек — тварь самая мерзкая.
— А чей он предшественник?
Пока я переваливал труп через ограду, старик закурил самокрутку.
— Как-как… раком через… ай… ты ж, дубина, как пить дать: меня за колдуна принял?
Интересный вопрос. Именно такая формулировка ранее не пришла мне в голову, однако теперь, когда старик сам произнёс слово «колдун» — она неожиданно точно легла на ощущения. Болота, «южное гостеприимство», крокодилы… колдуны. Вуду и всё прочее дерьмо.
