Токсичная любовь

Черт, только истерики мне здесь не хватало.

Регина снова подошла к кнопочной панели и стала нажимать все подряд. Я молча наблюдал за ней, а когда ее метания по лифту меня утомили, рявкнул.

– Успокойся, нас скоро вытащат.

Меня эта ситуация абсолютно не напрягала, как только кто-то вызовет лифт, он снова поедет.

Девушка повернулась ко мне с дикими глазами, будто только сейчас вспомнила, что в лифте не одна.

– Позвони кому-нибудь, пусть нас освободят немедленно! – воскликнула она с мольбой в голосе.

– От того, что ты будешь топать ножкой, принцесска, нас быстрее не вытащат.

Подожди двадцать минут, – бросив небрежный взгляд на циферблат часов, лениво проговорил я. Ничего не мог с собой поделать. Желание поставить ее на место было выше любых этических норм во мне.

– Двадцать минут? – едва не взревела Вольская, – я не могу. Мне плохо. Нечем дышать.

Девушка с искаженным страданием лицом съехала по стене лифта на пол и села на корточки, начала делать медленные вдохи и выдохи. Папки и сумки, которые она держала в руках, выпустила, и теперь все лежало на полу кабинки.

Я прислонился плечом к противоположной стене лифта и стал ждать.

Дыхание Регины сделалось рванным, каким-то неправильным. Я нахмурился и бросил взгляд в сторону девушки. Она сидела все в той же позе, только теперь прислонилась затылком к стене, и ее глаза были закрыты.

– Что с тобой? – поинтересовался я.

– У меня клаустрофобия, – через время приглушенным голосом ответила Регина.

Я удивленно посмотрел на нее.

С виду нормальная.

– А чего на лифте катаешься? – где-то я слышал, что с такими людьми нужно говорить.

– Смотрю своим страхам в лицо, – все так же с закрытыми глазами ответила Вольская и печально улыбнулась. Сейчас ее голос звучал непривычно опустошенным, будто мертвым. Я секунду размышлял, а потом прошел и стал перед ней.

– Так, смотри на меня.

Регина медленно открыла глаза и посмотрела мне в лицо.

– Я не боюсь тебя, – храбро ответила та, но голос все такой же, предательски севший.

Меня развеселили храбрость девчонки и патологическое желание выглядеть сильной в моих глазах.

Я улыбнулся ей, глядя сверху вниз.

– Попробуй еще раз, только, желательно, стоя на ногах.

Девушка смерила меня недовольным взглядом, но все же поднялась на ноги.

– Доволен? У тебя есть мобильный? Позвони кому-нибудь! – в ее глазах снова пылал огонь. Гнев, раздражение. Но это лучше, чем паника.

– Он разряжен, – соврал, пожал плечами.

Регина застонала от досады.