Толян и его команда (СИ)

Ну и зампредседателя федерации бокса СССР, — скромно добавил второй гость. — Липинский моя фамилия.

Разумеется, обоих тут узнали, да и они почти всех в кабинете раньше видели. Поздоровались по-свойски, по-свойски и уселись на свободные места.

— Отличного боксера воспитало «Динамо», — несколько напряжным голосом сказал главный тренер сборной Юрий Михайлович.

Тут первый гость — Быстров Юрий Степанович — просит слово и ярко и образно произносит свою политически правильную речь.

— Нас, боксеров, уже больше трехсот тысяч в стране, но тут у вас сидит наше боксерское будущее! — заканчивает речь он.

— Я очень рад, что и общество «Динамо» тоже помогает вам и кадрами, и финансами, ну, и самое главное, такими боксерами, как чемпион СССР этого года Анатолий Штыба!

Вид у нашего президиума был,… нет, не оплеванный, но как по голове ударенный.

Я ведь почти «инвалид и дистрофик», «злостный хулиган», по которому нары плачут, должен был вылететь из сборной, ну и положить комсомольский значок заодно.

Всё же так хорошо продумали они, вернее он — мой недоброжелатель.

Но ссать против ветра сейчас никто не хочет. Тем более, комсомольский работник встал и рассказал про мои комсомольские инициативы — и про памятник погибшим комсомольцам, и про проспект Комсомольский, и про поездку в Венгрию, и про форум комсомольских инициатив…Хорошо, хоть конкурс «Комсомолка Красноярска» не приплел. Но и так регалий хватило. Товарищи в сборной о моих заслугах не знали, а уж про мохнатые лапы в лице зампредседателя бокса СССР, например, и подумать никто не мог. А Эдмунд Чеславович, оказывается, о моих спортивных успехах кое-какое имел представление, ну или справку ему собрал кто. Сейчас он выступает перед всеми.

— Где Штыба — там победа! — пафосно заканчивает он свою речь.

— Может нам весенний сбор отменить уже? — не выдержал мой недруг Евгений Петрович.

— Ты кто, мил человек? — изумленно уставился на него Эдмунд Чеславович.

— Это старший тренер до шестидесяти кг, — сухо ответил Михалыч.

— А что ерничаешь? Всё, что запланировано — проведём, с тобой или без тебя.

И этот сбор провели, и чемпионаты зимой и весной соберём. Или у тебя свое какое мнение? — спросил у Петровича Липинский.

— Да у медицины к Анатолию вопросы есть, — выкрутился тренер веса, нахально подставляя медика, которого, уверен, сам и сблатовал на черные дела.

— Ну, вот что! Меня попросили двоих худших назвать по физической готовности, я назвал, — встал потеющий медик. — И назвал я тех, кого ты попросил, Женя. Извините.