Только не он! или Как выжить в академии?

Ольн, подняв руки, зашептал известное лишь ему некромантское заклятие, но то ли слова напутал, то ли еще где-то налажал – должного эффекта оно не возымело. Приостановило немного, но это все.

Мойра, отойдя на пару шагов, тоже воспользовалась своим даром, накинув на противников магическую сетку, что из прозрачной резко окрасилась в зеленый цвет.

– Они еще не совсем мертвые, поэтому не слушаются, – прокричала она, моему приятелю. – Это болезнь! «Ведьмина лихорадка»!

– Ты можешь их вылечить? – глаза некроманта загорелись надеждой.

– Это займет время. Тебе нужно будет их придержать, – Ольн кивнул и повернулся к противникам лицом.

Работая в команде, они с вампиршей перемещались по всему полю, не замечая холода и позабыв о тревоге. Один пытался замедлить мертвецов, а вторая вливала в них по очереди свои силы.

Кожа на месте ран затягивалась и меняла оттенок на розоватый. Страдание на лицах сменялось растерянностью. Спустя время страшилища уже ничем не отличались от здоровых людей. И, наконец, растворялись в воздухе.

Когда остался только один, Мойра приблизилась к нему на расстояние вытянутой руки. Дождалась, когда Ольн подойдет ближе. Затем резко прыгнула за спину противнику и толкнула его на моего друга.

Зрители на трибунах сдавленно охнули, не веря в происходящее.

Мертвец вцепился в некроманта обеими конечностями, пронзая его кожу грязными ногтями. Ольн закричал, отшатнулся и упал на снег, а Мойра, закончив свое «лечение», дождалась, когда пришедший в себя человек растворится в воздухе и растянула губы в надменной усмешке.

Обе фигуры зарябили. Купол исчез. Ольн, внезапно закачавшись, упал на колени. Старшекурсник опустил голову, признавая поражение. А Мойра, гордо задрав подбородок, обвела всех присутствующих торжественным взглядом.

Она понятия не имела, что все мы были свидетелями ее подлого поступка, и сейчас чувствовала себя полноценной победительницей.

Меня передернуло от отвращения. Вскочив с места, я схватила за руку Алеену, и мы вместе побежали к лестнице.

– Даю слово, если с Ольном что-то произойдет, я убью эту тварь, – прокричала я, видя перед собой лишь красную пелену.

Внизу раздался крик мистера Стоуна.

– Стерва! Мерзавка! Дрянь! – шипела я про себя, выходя из лекарской, где на узкой железной кровати остался лежать наш с Алееной приятель.

Бледный, обессиленный и едва способный дышать.

Целители обнаружили у него магическое истощение, связанное с сильнейшим стрессом, полученным из-за пережитой в иллюзии паники.