Только он

Братья Слейтеры выстрелили в ответ наобум и заметались в поисках укрытия. Но укрытия поблизости не было. Калеб и Рено были меткими стрелками. Поняв, что спасения нет, Джед Слейтер повернулся и выстрелил.

Однако целился он не в мужчин, а в Виллоу.

Боль обожгла голову Виллоу, бросила ее на колени. С неба спустилась тьма и окутала ее. Виллоу услышала Калеба, окликающего ее, и потянулась к нему как к чему-то единственно незыблемому и надежному в этом черном вращающемся мире. Она почувствовала, как могучие руки подхватили ее, но и они не смогли вырвать ее из объятий внезапно наступившей ночи.

Тщетно пыталась Виллоу произнести имя Калеба. Ночь сгустилась и окутала ее тьмой и безмолвием.

Калеб почувствовал, как обмякло тело Виллоу, увидел кровь, струящуюся из-под волос. Напрасно повторял он полным отчаяния голосом ее имя.

Ответа не было. Да Калеб и не ожидал его. Дрожащими руками он коснулся кровавой раны и прижал Виллоу к себе — молча, как человек, не умеющий плакать.

Подъехав, Вулф увидел, что Рено и Калеб сидят в ажурной тени деревьев, а Виллоу лежит между ними.

Калеб бросил беглый взгляд на Вулфа и лошадей и снова повернулся к Виллоу, словно боясь, что она исчезнет, если он оторвет от нее взор. Калеб держал в ладони и тихонько поглаживал ее руку, словно желая лишний раз удостовериться в том, что Виллоу жива.

Рено встал и подошел к Вулфу.

— Я слышал выстрелы… Виллоу ранена? — спросил, епе-шиваясь, Вулф.

— Мы не знаем. Пульс у нее ровный, хорошего наполнения, но она без сознания.

Вулф прищурил глаза. Он в раздумье посмотрел на девушку, которая лежала неподвижно, и мужчину, который гладил ей руку с нежностью, какой Вулф не ожидал от Калеба.

— Что произошло? — спросил Вулф, отводя глаза в сторону, ибо почувствовал себя так, словно нарушил уединение Калеба.

— Слейтер и его братец вылезли из оврага. Я их засек, когда они были в шестидесяти футах. — Голос Рено звучал устало. — Виллоу перевязывала руку Калебу, не было времени увести ее отсюда. Когда Джед Слейтер понял, что его песенка спета, он выстрелил в нее… Да попадет его душа в ад!

— Аминь! — вздохнул Вулф.

 — А что с Щенком Койота?

Рено взглянул на лошадей, которых привел Вулф. Среди них был и Измаил. Голову он держал высоко, ступал уверенно. Кроме легкого налета высохшей пены на шерсти, других следов тяжелой гонки на нем не было видно.

— Спасибо, что захватил жеребца, — с хрипотцой проговорил Рено. — Она так любит его.

— Не стоит благодарности.