Только он

Они представляли собой все, что осталось ей от прошлого, и были тем, что помогало надеяться на будущее.

В тишине Виллоу вывела лошадей из стойла. Две из четырех кобыл были также светло-коричневой масти, две другие каштанового оттенка, с черными гривами и хвостами. Поступь каждой из них отличалась мягкостью и благородством.

— Матерь божья! — пробормотал Калеб, разглядывая всех пятерых. — Хотел бы я знать, как можно добраться до Сан-Хуана с такими красавцами и не привлечь внимание бродяг и бандитов! Легче обратить день в ночь.

Виллоу нагнулась, чтобы проверить у лошадей копыта Умные животные делали все, чтобы облегчить ей задачу. Стоило Виллоу коснуться ноги лошади, как та выставляла ей копыто для осмотра. Потом Виллоу расчесала гриву Измаила и накинула попону.

Когда Виллоу стала крепить дамское седло, Калеба подмывало удержать ее. При езде в горных условиях это неудобно и для наездника, и для лошади.

Однако Калеб промолчал, ибо это входило в его планы. Когда их начнут искать, станут говорить о женщине в длинной юбке, которая среди ночи выехала из конюшни на жеребце с дамским седлом, что редко увидишь к западу от

Но через несколько дней никакого дамского седла не будет, даже если для этого Калебу придется разрезать его oxoтничьим ножом на узкие полоски.

Калеб вывел двух собственных меринов. Они были уже готовы к путешествию. Калеб приторочил саквояж Виллоу к вьючному седлу и накрыл его брезентом. При виде двух новых лошадей Измаил раздул ноздри и задвигал ушами. Но руководила им не враждебность, а простое лошадиное

Калеб нарочно потряс пончо перед самым носом Измаила, но тот остался спокойным.

Когда Виллоу покончила с приготовлениями, Калеб подошел и проверил копыта каждого животного. Они подчинились ему, практически не выказав беспокойства. Затем он проверил седло и подпругу.

— Нормально? — спросила Виллоу.

— Разве может это быть нормальным? — кивнул Калеб в сторону дамского седла, натягивая перчатки из оленьей кожи.

Бросив искоса взгляд на Калеба, Виллоу подвела Измаила к подставке, предназначенной для того, чтобы садиться в седло. Калеб взял жеребца за повод и остановил Виллоу.

— На маршруте не будет никаких подставок, — заметил он. Затем нагнулся, переплел пальцы рук и посмотрел на нее ясными глазами.

— Смелей, голубушка.