Только он

 — Там, куда мы направляемся, все иначе… Может стоить жизни, если собьешься с ноги… Есть такие места, где можно долго слышать крик сорвавшегося человека, прежде чем он ударится о землю.

Виллоу окинула взглядом своих лошадей. Высота и изнурительный путь сказались на них. Они похудели, устали. Сейчас они жадно щипали траву. Арабские скакуны, безусловно, были крепкими и волевыми, но они росли и жили внизу. Так же, как и сама она, хотя она всегда трудилась в поте лица своего.

Ничего не сказав, Виллоу снова оглядела долину и величественные, безучастные вершины, со всех сторон закрывавшие небо.

— А через них можно пройти? — шепотом спросила она.

— Да. С этого места не видно, но тем не менее дорога существует. Найти ее — не проблема. Важно достичь перевала, пока нас не настигли те два головореза.

Виллоу с надеждой посмотрела в глаза Калеба.

— Разве дождь не смыл наши следы?

— Может, смыл, а может, и не смыл. Зависит от того, насколько следы глубокие. Но я не хочу полагаться на случай и рисковать вашей жизнью.

Виллоу закрыла глаза, чтобы не показать, чего ей стоит это кажущееся спокойствие. Спорить с Калебом — но какой смысл? Она отказалась оставить лошадей. Теперь ей приходится расплачиваться за это.

В крайнем случае, здесь вдоволь подножного корма. Даже если арабские скакуны откажутся идти без привязи, они не погибнут от голода. Она вернется с Мэтом за ними.

Эта мысль как-то согрела Виллоу, и она спешилась.

Калеб из-под шляпы наблюдал за тем, как Виллоу подошла к кобылам, любовно похлопала одну, затем другую по холке, все время негромко беседуя с ними.

Он ожидал более резких возражений со стороны Виллоу. Этого не произошло. Она лишь посмотрела на горы, а потом на него взглядом, от которого у него сжалось сердце, слезла с Измаила и направилась к кобылам.

Калебу потребовалось совсем немного времени, чтобы поменять седла у Измаила и Дав. Несмотря на высоту и тяжелый маршрут, у кобылы хватило энергии игриво коснуться губами рукава Калеба, когда он седлал ее.

Он улыбнулся и легонько оттолкнул мягкую морду, однако Дав повторила игру. Пока он затягивал подпругу, Дав с сопением обнюхивала шерстяную ткань рукава.

— Ты прямо как твоя хозяйка, — сказал он, поглаживая бархатистую морду Дав. — Маленькая, но боевая.

— Я вовсе не маленькая, — раздался голос Виллоу из-за спины Калеба.

Он повернулся, взял Виллоу за подбородок и приподнял ее лицо.