Я молча поднимаюсь и едва переставляю ногами. Я все еще нахожусь в шоке. Никогда бы не подумала, что в компании друзей брата мне может угрожать опасность. Это казалось абсолютно невозможным.
Боря обнимает меня за плечи и отводит дальше, ведет к лагерю, оставляя позади Глеба и Диму. Я останавливаюсь на полпути, оборачиваюсь. Багров не останавливается, продолжая наносить удар за ударом Диме. Последний ему не отвечает. Потерял сознание? Или просто осознает свою вину? Вряд ли второе, потому что для этого он должен понимать, что вообще случилось.
Учитывая его состояние, вряд ли это так.
– Пусти! – вырываюсь из рук Бори. – Его нужно остановить.
Перехватить брат меня не успевает. Я быстро преодолеваю разделяющее нас с Глебом препятствие и налетаю на его широкую спину, сцепив руки на твердо груди.
– Хватит! Глеб, эй…
Он замирает и поворачивается ко мне. Мимолетом я вижу окровавленное лицо Димы, и к горлу подступает тошнота. Это из-за меня? Глеб сделал это с ним из-за меня?
– Хватит, ладно? Идем в лагерь.
Несколько мгновений Глеб смотрит на меня растерянно, словно не узнает.
Его взгляд затуманен, челюсти крепко сжаты, а губы собраны в одну тугую полоску. За мгновения Багров ощупывает мое тело: талию, руки, плечи. Осматривает их, словно ищет подтверждения тому, что Дима ничего не успел сделать. Секунда – и он касается взглядом моего лица. Концентрируется на губах, которые я тут же облизываю. Сразу же чувствую привкус крови и шероховатость, видимо, пощечина Димы разбила мне губу.
В подтверждение моим догадкам, Глеб прикасается к губе пальцем, нежно, почти неощутимо.
Его взгляд заполняется яростью, а зубы скрипят от того, что он с силой их сжимает.
– Убью, – бубнит себе под нос и уверенно меня отстраняет.
– Нет, нет, нет, – цепляюсь за его шею одной рукой, а второй тяну на себя за футболку. Она растягивается так сильно, что я почти дотягиваю ее до своего лица.
Нельзя ему позволить продолжить избивать Диму. Тот, конечно, этого заслужил, но у Глеба могут быть проблемы с законом. Защита девушки, конечно, немаловажный фактор, но вряд ли кто-то об этом вспомнит, если из-за этого Глеб совершит убийство.
– Иди в лагерь с братом, – чеканит.
– Не хочу.
Льну к нему. Прижимаюсь всем телом, вдавливаюсь сильнее, ближе, чтобы ни миллиметра расстояния между нами не было.
– С тобой хочу.
Глеб тяжело дышит. Обнимает меня в ответ. Шумно втягивает носом воздух и толкает меня к лагерю. Не отпускает. Идет со мной. Я шагаю спиной, он наступает, удерживая меня за талию.
