«Пока не пришла, – ответила я. – Слушай, а сын Альшевских в Галазе?»
«Без понятия. А что?»
«Да так… Вам с мамой деньги нужны? Я вышлю. На мамину карту», – пообещала я.
«Не надо, – воспротивился брат. – Себе оставь. Все так и снимаешь жилье? Возьми уже ипотеку».
«Возьму, – пообещала я. – Если что-то важное случится, пиши мне сюда. Мой телефон пока не будет работать».
На этом мы попрощались, и я снова пошла собираться."
"До самого вечера мы с Кириллом вновь гуляли, будто самые обычные туристы. Поехали на Воробьевы горы, где обсуждали, что и как будем делать, и в конце концов решили просто пожить в Москве и ориентироваться по ситуации.
После заскочили в Планетарий, где Кирилл позорил меня своими бесконечными разговорчиками и хихиканьем. А в конце дня гуляли по Садовому кольцу, время от времени фотографируясь для Октавия.
– Он что, все никак не может поверить, что ты встречаешься со мной? – не выдержала я после очередного совместного селфи, на котором Кирилл заставил меня целовать его в щеку.
Мы находились в уютном кафе – отдыхали от долгой прогулки.
– Верит он, – хмыкнул Кирилл. – Просто мне нравится с тобой фотографироваться. Жаль, в инстаграм не выложишь.
И он со вздохом посмотрел на свой телефон, который так и держал в руке.
– А ты попробуй, – хихикнула я. – Напиши, что у тебя девушка из России. Покажи, какая я красотка.
– Да без проблем, – отозвался Кирилл, заходя в приложение. – Только потом твой бывший тебя точно найдет.
– Верно. Знаешь, что мне всегда было интересно, – медленно сказала я, глядя на его телефон.
– Каково это – быть знаменитым?
Этот вопрос сорвался с моих губ сам по себе. Я часто над этим думала. У Сережи была идея фикс стать популярным. Но он так и не стал им. Разве что в своих несчастных мечтах.
– Каково? – медленно повторил следом за мной Кирилл. – Сложно сказать. Поначалу ты чувствуешь себя особенным, лучше других, выше других, а потом это становится нормой, и ты этого не замечаешь. Звездная болезнь – это профдеформация, а не самовлюбленность и желание показать миру, что ты лучше всех.
Я никогда не думал, что буду тем, кем стал. И я никогда не думал, что буду высокомерной задницей, каким считают меня некоторые. Иногда я делаю что-то, а потом начинаю задумываться – имел ли я право на это или нет? И знаешь, Наташа, дьявольски сложно признать, что не имел.
– Но ты признаёшь, – сказала я, удивленная его ответом.
– Почему ты так решила?
– Иначе бы ты не приехал ко мне. Не вернулся бы.
