– Нет, не все, – нахмурился Клумба. – Я знаю таких, как ты. Вы играете с чувствами девушек, как на балалайке.
– На гитаре, – поправил я его с нервным смешком.
– Что? – не понял он.
– Я играю на гитаре, малыш. А теперь дай пройти. – Я толкнул его в плечо – не сильно, а можно сказать, по-дружески. И вежливо попросил заткнуться да сводить самого себя в пешее эротическое – полезно будет. Однако Цветочная клумба решил, что обязан ответить мне, и зарядил по скуле так, что я не едва отлетел в сторону. Хорошо, что удар прошел по касательной – я успел увернуться.
Но вся та агрессия, которая копилась во мне с утра, наконец, прорвалась наружу. Кровь бросилась в голову, и я кинулся на Клумбу с глухим рыком.
Удар у парниши был неплохой, и сам он был тяжелым и здоровенным, и явно был сильнее меня, а вот защиту держать умел плохо. Я несколько раз успешно пробил по корпусу и повалил его на асфальт. Мы сцепились.
– Даже не подходи к моей девушке, – яростно прошипел я, занося кулак, чтобы ударить его в нос, но не получилось.
Нас не вовремя разняли проходящие мимо парни. Я вырывался и кричал, что хочу набить этому кретину морду. Клумба же молча смотрел на меня, как на насекомое, и выглядел так оскорбленно, будто это я приставал к его подружке, а не он – к моей. Ах, да, рыжая мне и не подружка вовсе.
– В следующий раз ты так просто не отделаешься. Она моя девушка, запомни, – сказал я ему напоследок. – И даже приближаться к ней не смей.
Он некультурно послал меня, а я показал ему средний палец, и на этом мы разошлись.
Ярости во мне был так много, что домой я пошел не сразу. Какое-то время стоял у подъезда, пытаясь успокоиться. Даже врезал по стене кулаком – боль приглушала агрессию. Немного придя в себя, я все-таки поднялся в квартиру. Но и там меня ждала новая драма, которую устроила Наташа.
Господи Иисусе, почему женщины такие сложные?!
Этот день должен был закончиться так же скверно, как и начался.
Я хотел завалиться спать – тупо уснуть и забыться, но нет. Наташа рыжая устроила допрос с пристрастием – где я был, что делал и с кем дрался? Ее голос был деланно спокоен, но во взгляде было столько огня, что я снова начал злиться.
«Эй, детка, ты сама флиртовала с Клумбой, и вообще непонятно, что между вами было, раз он так сильно хочет защитить тебя! Почему ты устраиваешь со мной разборки?» – хотелось выкрикнуть ей, но я сдерживался. Я до самого конца пытался сдерживаться. Знал, что мне нужно побыть наедине с собой, остыть, а уже потом разговаривать.
