У него было мое лицо и холодные голубые глаза – чужие. Того, от кого я сбежала в этот город.
⁂– Ну что? – нервно спросила Ольга по телефону. – Получилось?
– Нет, – резко ответил Павел Аркадьевич, вцепившись в руль. Он гнал по ярко освещенным дорогам домой. Нужно было собрать вещи и сваливать. И успеть сделать это до того, как придурки из охраны «Лордов» все-таки просмотрят запись камеры. Иначе будет плохо. Очень плохо. Хорошо, что он успел незаметно сбежать, пока шли разборки между Вадимом и менеджерами музыкантов.
– В смысле?! – закричала Ольга. – Ты же обещал, что добудешь фото или видео с мордой Октавия! Люди ждут!
– Не повышай на меня голос! – рявкнул Павел Аркадьевич. – Все из-за твоей подружки. Ее благодари. Эта мразь сунула свой длинный нос в гримерку, пока охраны не было. И нашла камеру.
– Что-о-о? – выдохнула Ольга. – Как так?!
– Вот так. Она все испортила. Все!
Он коротко рассказал обо всем Ольге и, кинув, чтобы она забыла о его существовании, отключился. А после в ярости ударил кулаком по панели приборов.
Павел Аркадьевич был вне себя. Он все рассчитал идеально. Идеально! Но все пошло наперекосяк.
План возник у него, как только Наташа рассказала ему о предложении некой подруги-журналиста тайно сфотографировать Октавия и упомянула огромную сумму – полмиллиона долларов.
Полмиллиона долларов.
Это были большие деньги. И они решили бы все проблемы Павла Аркадьевича.
Во-первых, он отдал бы огромный долг за игры в незаконном казино, куда частенько заглядывал. Во-вторых, смог бы купить квартиру – старую пришлось из-за этих самых долгов продать.
И дом у моря. И поменять тачку. И сыну, который с бывшей женой остался, купить квартиру. И последний айфон. И шмотки. Что еще там современные подростки хотят? А потом бы открыл свой бизнес. И жил бы счастливо.
Сделав вид, что разговаривает с Вадимом, Павел Аркадьевич выпроводил Наташу и позвонил этой самой Ольге. Представился, по-деловому объяснил ситуацию и предложил свои услуги. А после поинтересовался о том, сколько это будет стоить.
– Изначально мы договаривались так, – ни секунды не думая, ответила Ольга. – Наташа получает двадцать процентов как исполнитель, а я – восемьдесят как организатор. Но для вас я повышу ставку. Тридцать процентов."
"– Ты там не охренела ли, дорогая? – усмехнулся Павел Аркадьевич. – Шестьдесят на сорок. Сорок, разумеется, тебе. С заказчиком связываемся вдвоем – я и ты. И номера счетов предоставляем два – мой и твой. А то знаю я вас.
