Только ты

Я никогда не видел, чтобы индейцы использовали такие краски. Ими нарисованы древние символы на скалах.

Рено посмотрел через плечо. Шаман исчез. Рено нахмурился и снова повернулся к Еве.

— Он сказал мне, что впереди вода.

— Замечательно!

— И еще, что золото, которое я ищу, рядом со мной, — продолжал Рено.

— Что?

— И потом он сказал, что поскольку я не вижу золота здесь, он подскажет, как добраться до испанского прииска.

— Он знает? — спросила Ева.

— Вроде бы. Есть наземные ориентиры.

— И он сказал тебе?

Рено кивнул.

— Но почему? — воскликнула Ева.

— Я задал ему тот же вопрос. Он ответил, что это его месть за то, что он увидел будущее, которого не хотел видеть. И с этим ушел.

Рено взял повод чалой и одним прыжком взобрался на нее.

— Месть… Боже мой!

— Давай посмотрим, прав ли он в отношении воды, — предложил Рено. — Иначе мы можем не дожить до мести.

Он повернул Любимицу в сторону длинных теней, легших на землю от скалы.

— След оленя, — показал Еве Рено через некоторое время.

Ева посмотрела, но не могла ничего разобрать в наступающих сумерках.

— Не видно следов диких лошадей, — продолжал Рено. — Это странно. Немного таких колодцев, которых не может отыскать мустанг.

Когда небо и облака над головой были тронуты отсветами алого заката, среди каменных скал открылся узкий каньон. Рено направил туда чалую. Вскоре каньон так сузился, что ехать можно было только друг за другом. Почва вначале была песчаной, а затем под ногами оказался гладкий, отполированный камень.

Любимица жадно потянулась к ней.

— Подожди немного, милочка, — пробормотал Рено. — Дай мне проверить сперва.

Пока Ева держала лошадей, Рено изучил след, оставленный в иле недалеко от лужи. Он подошел к лошадям, взял канистры и стал наполнять их. Закончив с этим, он отошел."

"— А теперь давайте по очереди, — сказал Рено.

Пока Любимица пила, он внимательно наблюдал за уровнем воды в луже.

— Все, моя девочка. Достаточно. Теперь очередь мышастой.

Под надзором Рено все четыре лошади получили возможность напиться. Когда водопой завершился, осталась замутненная илистая лужица — не более четверти той, которая была первоначально.

— Она наполнится снова? — спросила Ева.

Рено покачал головой.

— Только после следующего дождя.

— А когда он будет?

— Может быть, завтра. А может — через месяц.

— Посмотри! — воскликнула Ева.

Рено повернулся к ней. Она молча показала на стену позади него.