Том 4. Пожиратели огня (с илл.)

Чтобы не быть впоследствии узнанными, эти люди обычно окутывали себе лицо черными покрывалами, оставляя только отверстия для глаз, и совершив свой страшный подвиг и поделив добычу, рассыпались по степи, не оставляя за собой никакого следа. Местные власти, располагая казачьими командами, редко могли что-нибудь предпринять против этих разбойничьих шаек.

Черни-Чаг был человек недюжинный, и во многих случаях проявлял поразительную энергию и находчивость. Оставшись один после ухода странника, он прежде всего позаботился обезопасить свой дом от Черных Всадников.

Он имел разрешение от оренбургского губернатора держать у себя, сколько нужно, оружия для защиты себя и своей семьи от разбоев и грабежей кочевников. Отослав женщин и детей в женское отделение, он созвал мужчин и сообщил им о грозящей всем и его дому опасности. Несмотря на страх, внушенный этой вестью, все единогласно решили защищаться до последнего, зная, что если разбойники нападут, им нечего ждать пощады.

Скоро наступила ночь; в доме все спали, кроме двух сторожевых работников, вооруженных ружьями, которым было дано по ружью, чтобы в случае тревоги оповестить всех живущих в поселке.

Окрестности потонули во мраке, но затем, когда взошла луна, серебристый свет окрасил все в мягкий однообразный бледно-желтый цвет, на фоне которого голубоватой лентой извивалась река. Малейший предмет на громадном расстоянии выделялся теперь темным пятном на этом однотонном светло-желтом фоне, и никто не мог бы приблизиться к жилью, не будучи замеченным еще издали…

Немного после полуночи дверь дома отворилась, и Черни-Чаг вышел в сопровождении четырех человек, несших довольно большой и тяжелый сундук, служивший хранилищем драгоценностей семьи.

Сюда предусмотрительный хозяин сложил все червонцы и серебряные монеты, какие только имелись в доме, а также уборы женщин, а также то, что у него было наиболее ценного — старинный, раскрашенный драгоценными камнями меч, доставшийся ему от предка, одного их ногайских ханов.

Дойдя до берега реки, люди, несшие этот сундук, очевидно, очень тяжелый, так как они сгибались под его тяжестью, поставили его на землю и стали рыть яму, куда затем и опустили сундук, засыпав его землей, чтобы замести следы своей работы.

Но в то время, как они работали, зарывая сокровища в зыбкий прибрежный песок, в нескольких шагах, прижавшись к высокой траве, прохожий странник с напряженным вниманием следил за происходившим.