Том 4. Пожиратели огня (с илл.)

Ведь я вас совсем не знаю!

— Верно, — согласился Оливье и, вынув чековую книжку, выписал чек на требуемую сумму с уплатой через девять дней.

Четверть часа спустя наши друзья выехали за город, где их разговор не могли подслушать ничьи нескромные уши. Уезжая, они заметили какого-то нищего, который так внимательно глядел на них, что даже позабыл попросить у них милостыню.

Лоран, сидевший за кучера, остановил экипаж на песчаной отмели, окруженной пенистыми волнами. Океан был спокоен, как озеро; место было ровное, так что никто не мог спрятаться поблизости и подслушивать.

Верный слуга, сообщив молодому человеку все сведения об его отце, передал ему письма маркиза и целый архив документов, касающихся прииска и концессии на него. Затем он отчитался перед ним от исполнении поручения.

Благодаря связям маркиза и письмам Джильпинга концессия на прииск была выдана без всяких оговорок.

— Вы приехали вовремя, — сказал при этом Лорану статс-секретарь по делам колоний, — это последняя концессия, которую мы выдаем сами, потому что у нас решено даровать Австралии self government.

Декрет о концессии предоставлял графу д'Антрэгу во владение огромное пространство земли (в несколько тысяч гектаров) с освобождением этого участка, в качестве особой милости, от государственного сбора на десять лет. Тем же декретом предписывалось мельбурнской администрации немедленно внести этот участок в кадастр с изъятием его из поземельного обложения на такой же срок.

— Прекрасно! Очень хорошо! — вскричал граф, выслушав ответ Лорана.

 — Расскажи теперь о тех лицах, которых вы с моим отцом завербовали. В каком роде эти господа?

— Главного из них вы уже видели.

— Господин Люс, бывший начальник сыскной полиции, нанятый вашим отцом, это не кто иной, как господин де Функаль, португальский генеральный консул в Мельбурне.

— Может ли это быть? — вскричал удивленный Оливье.

— Очень может. Этот титул — всего лишь маска. Ваш отец выхлопотал ее для господина Люса у португальского посланника; это не стоило большого труда, потому что у португальцев нет в Мельбурне представителя, а господин Люс не потребовал ни жалованья, ни денег на канцелярию.

Два отличных агента, известных один под именем Коко, а другой — Люпена, назначены состоять при консуле в качестве управляющего делами и секретаря. Управляющему делами дано имя дон Кристобаль, а секретарю — Педро де Сильва. Вообще мы теперь сильны, так что держитесь, Невидимые! Ловкий человек этот господин Люс или де Функаль, честное слово.