Томление

Но ведь этого не хватит.

— Нет, их не надо трогать. Но ведь ты знаешь, что мои родители, Тенгель и Силье, были богатыми людьми. И я, и Лив получили от них немалое наследство.

Голос у Ирьи задрожал. Она умоляюще смотрела на Аре.

— Не могу ли я попросить взаймы? Я обязательно верну долг, даже если для этого потребуется сто лет!

Аре улыбнулся.

— Тебе не надо занимать. Это дело Таральда. Но, как я понимаю, ты пришла сюда тайно от него?

— Да, он не хочет ни у кого просить помощи и рассчитывает на свои силы.

— Как же он собирается вернуть этот карточный долг? Лучше нам поторопиться, пока он в отчаянии не выдумал чего-нибудь.

Ирья, мне известно, как ценила тебя моя мать Силье. Возьми же эти деньги как подарок от нее и от Тенгеля! Они твои. И используй их на свое усмотрение. Я вижу, что беда твоего мужа делает тебя очень несчастной. Мы должны спасти Гростенсхольм!

— Но это деньги из вашего наследства!

— Не беспокойся, я заработаю себе еще для моих детей и внуков. Ведь Таральд мне родной. Кроме того, я могу попросить деньги у Лив и Дага, если понадобиться.

Но прежде всего надо заткнуть рот этому Ульсену! Ты хочешь, чтобы я сам пошел и отдал ему эти деньги?

Она колебалась.

— Наверное, лучше, чтобы это сделал сам Таральд.

— Пожалуй, ты права. Но как ты объяснишь ему, откуда взялись деньги?

У нее вытянулось лицо.

— Действительно, я об этом не подумала! Как же мне сказать?

Аре оживился."

"— Положись в этом на меня! Я зайду к вам вечером с деньгами и скажу, что узнал от других людей об этом карточном долге.

И потом повторю все то, что уже сказал тебе, — о том, что Силье очень ценила тебя и была в свое время опечалена тем, что Таральд женился на Сунниве, а не на тебе. Ведь я знаю, что она хотела видеть тебя женой Таральда.

Ирья кивнула в ответ. Она тоже знала об этом.

— И потом я скажу, что это подарок от Силье тебе, Ирья. Но чтобы Таральд ничего не заподозрил, я принесу вам 600 талеров, и ты сможешь оставить себе сто. А он отдаст свои пятьсот. И пусть потом возвращает тебе эти деньги как хочет.

— Но он не сможет сделать этого!

— Здесь ты не должна вмешиваться, Ирья. Это его долг, а тебе не следует платить за те ошибки, которые он совершал вместе с Суннивой.

В этом Аре был прав.

— Дядя Аре, сердечно благодарю вас, — сказала Ирья со слезами на глазах.

1625 год…

Роковой год для рода Людей Льда.

Сесилия еще не знала, что это было последнее Рождество, которое она встречала дома вместе с родными из Гростенсхольма и Линде-аллее.