Томминокеры

У Билла тем временем начались и собственные проблемы. Навалилась жара, издохло с полдюжины голштинских коров, к тому же, добавил он задумчиво, жена попала в больницу с сердечным приступом. Так что этим летом свидеться не довелось. Он порядком удивился, осознав, как много времени прошло с их последней встречи тридцатого июня – они подсчитали по карманному календарю, который Леандро извлек из бумажника. Присвистнув, Спрюс почесал лоб под фуражкой.

– Ничего себе, как дни-то летят, – изрек он. – Надо бы к нему наведаться, как только моя Эвелин пойдет на поправку.

Леандро ничего не сказал, но с учетом тех отзывов, что он собрал за последние пару недель, был почти уверен, что путешествие это плохо скажется на здоровье фермера.

– То-то у меня с утра горло пело, – сказал Элвин Рутледж, в прошлом водитель-дальнобойщик, а в настоящее время безработный из Бангора. Его отец, Дэйв Рутледж, был хейвенским старожилом.

– Боюсь, я вас не совсем понял, – смутился Леандро.

Элвин Рутледж с прищуром взглянул на молодого репортера.

– Я бы не отказался пропустить кружечку-другую, – пояснил тот. Они сидели в бангорской таверне «У бабуси». – Горло сохнет от разговоров. Смочить бы.

– Не вопрос! – согласился Леандро и попросил официанта принести еще две кружки.

Когда подали пиво, Рутледж от души отхлебнул, отер пену с губ и продолжил:

– Сердце колотится, башка трещит. Того и гляди вырвет. Меня и правда вырвало, между прочим. Хлестало струей, я только и успел окно опустить.

– Ух ты, – проговорил Леандро, поскольку от него ожидали какой-то реакции.

Перед мысленным взором промелькнула картина, как рвота Рутледжа хлещет струей, и он постарался поскорее прогнать ее. По крайней мере попытался.

Задрав верхнюю губу, Элвин обнажил остатки зубов.

– Фидифь дыфу фпефеди? – поинтересовался он. Дыр у него было порядком. Впрочем, как воспитанный человек, Леандро говорить об этом не стал и просто согласно кивнул. Рутледж водворил губу на место. Испытание закончилось. – У меня с детства плохие зубы, – безразлично продолжал Рутледж.

 – Вот пойду снова работать, подкоплю на вставные челюсти, а эти – к чертям, все повыдергиваю. Так к чему это я? У меня ведь на позапрошлой неделе были два зуба. Вот здесь, наверху, пока не дернуло меня поехать в Хейвен навестить деда. И ведь даже не шатались, вот оно как.

– То есть зубы выпали, когда ты приблизился к Хейвену?

– Да какое выпали? – Рутледж выцедил последние капли. – Меня ими вырвало.

– Ох ты, – еле слышно ответил Леандро.