Тонкая душевная организация

Маленький и слабенький, но живой. И не таких выхаживали, не бойся. – Улыбнулась эта добрая женщина и ушла по своим делам.

Врачи же пытались меня о чем-то спрашивать, а я ничего не слышала от оглушившего меня… счастья. Тогда-то мне и сказали, что у меня очень тонкая душевная организация и мне нужно беречь свою нервную систему. И препараты прописали. И, когда я поправилась, попытались из больницы выписать. Ага, без ребенка.

Когда я принялась ночевать на стульчике в отделении, да не одна, а с Маринкой, которая переживала не меньше моего, то персонал все же сжалился и выделил мне койко-место, на которое меня хотя бы можно было выгнать на ночь.

В двери послышался срежет ключей, а я все так же стояла в ванной. Что-то торможу сегодня совсем. Хотя, и немудрено. Отвыкла, видимо.

- Мама! Мы пришли! – Услышала, выходя из ванной.

- Я рада. – Улыбнулась и попыталась окрасить голос хоть какими-то эмоциями.

Слава с тревогой на меня посмотрел, а я лишь сейчас заметила, что он держит в руках две увесистые сумки.

- Хорошо.

– Кивнула и посмотрела на маму. Глаза заплаканные, вид тревожный. Мой мозг сейчас холодно фиксировал все недочеты. – Что случилось?

- Меня с работы уволили. – Мама старалась держаться, но видно было, что выдержка дается ей с трудом.

- Отец? – Безэмоционально спросила я.

- Да. – Она кивнула и, быстро сняв теплую одежду, юркнула в свою комнату. Не на кухню, что породило во мне совсем нехорошие мысли. Но маму трогать сейчас было нельзя. Она скоро успокоится, и сама выйдет.

- Глеб сказал, что сам разберется.

– Слава поставил сумки на пол и принялся помогать Митьке, сражавшемуся с заевшим замком комбинезона. – Он обещал позвонить.

Я кивнула и направилась на кухню. Все голодные, нужно бы покормить. Проанализировав состояние своего организма, я поняла, что тоже хочу есть. Причем, сильно. И почему я от этих таблеток отказалась? Ах да, я жить хочу, а не выполнять механические действия, потому что организму это нужно делать.

На кухне я долго и с непониманием смотрела на кастрюлю, полную какого-то варева.

Откуда она здесь взялась? Слава, наверное, что-то приготовил. Пахнет вкусно, но насколько это съедобно.

- Мам, а дядя Слава сказал, что я его теперь могу всегда папой называть! Она даже тебя пообещал полюбить! – Митька забежал на кухню и, задрав голову, принялся дергать меня за рукав. – Ты не будешь на это ругаться? – Принялся он за переговоры.

- Не буду. – Покачала головой.

- Круто! В садике уже все знают, что у меня папа. Ой, не все.