Тонкие грани

– Следом ушел из жизни дед. Никакого криминала, как видишь.

- Но как ты попал к Льюису? – Рик сам умело подвел меня к этому вопросу.

- Притон, в котором нашли мою мать, принадлежал ему, – как ни крути, а ниточки наших судеб были тесно переплетены между собой.

- Поэтому ты пришел к Льюису? Хотел найти убийцу?

- Я его уже давно нашел... – Рик тяжело вздохнул и посмотрел на меня с такой грустью, что к горлу подкатил ком. И без продолжения поняла, что того, кто погубил мать Рика уже не было в живых.

- Но почему ты... не бросишь это все? Зачем тебе это нужно? Неужели тебе нравится убивать людей, быть похожим... на Льюиса? Неужели нет ни единого шанса плкончить с этим всем?

- Это я и пытаюсь сейчас сделать. Покончить с Льюисом. Раз и навсегда.

- И каковы эти шансы? Что если люди Льюиса доберутся до тебя раньше? Ты же понимаешь, что рискуешь ценой собственной жизни?

- А ты?

- Что я? – я смотрела в зеленые океаны глаз наглеца и видела в тех неподдельный интерес.

 - И я, – после некоторой паузы ответила, прекрасно понимая к чему клонил бесстыжий манипулятор. Ради дальнейшей спокойной жизни общего племянника или племянницы...

- У нас много общего, за исключением... – он сделал паузу, и кривоватая ухмылка тронула губы. – Ты слишком сложно относишься к жизни, будто собираешься жить целую вечность.

Наши глаза встретились, и я задумалась над словами наглеца. Вечность – это не так уж и много, если рядом будет человек, который готов ее с тобой разделить.

И сейчас я имела в виду далеко не Стэнли... Отвела глаза, не желая развивать спор на эту тему. Если под общим он подразумевал, что мы оба выросли без родительской ласки, то это, наверное, единственное, что подходило под его наблюдение, в остальном же мы были так же далеки друг от друга, как южное и северное полушарие."

"Но с другой стороны, мне льстило это замечание, что такой сильный и независимый, где-то жесткий и весьма самонадеянный мужчина, меня, неуклюжую и стеснительную Алисию Уорнер, считал близкой по духу или по какому-то другому критерию, которого не стала уточнять.

Закусила губу, вспоминая поцелуй у водопада, и в жилах забурлила кровь, разгоняя ту по венам с оглушительной скоростью. К слову сказать, наглец становился моим особым видом экстремального увлечения, мои персональные американские горки. Наглец доводил до исступления каждый орган в моем теле, но в особенности сердце.