Тоннель

 — У вас ключ электронный какой-то?

— Какой надо, такой и ключ, — надулся старик. Вид у него сделался значительный.

Он и слова такого не знает, подумала чиновница, и в голове у нее снова заныла тупая игла, ну конечно. Он компьютера в жизни руками не трогал. Ему даже доклады читают вслух и лет десять уже стараются покороче. Господи, а дверь-то он как открыл, чип ему, что ли, на руку прицепили? Ей захотелось выдернуть желтую жабу из креслица, закатать ему рукава и проверить. А потом, если надо, обшарить карманы. Или, может быть, в саквояже? Как он выглядит, этот ключ — на бумажке, браслет? Карточка, может, какая-то флешка? Ну не отпечаток же пальца.

Вероятно, она при этом качнулась вперед, потому что старик заерзал и даже поискал глазами майора. Тот, впрочем, тоже на мгновение как-то вдруг растерялся — уж больно она была на себя не похожа: страшная, рваная, вся в кровавых потеках, словно выбралась из окопа. И большая, очень большая. Не должны быть бабы такими большими.

Старик явно собрался снова заорать, но осекся.

Нервно глянул на ополченцев, набившихся в комнату, где им было не место, и на рослую свою ассистентку, которая тоже стояла как-то не по уставу, неприятно близко, а уж выглядела точно не по уставу, и стратегию выбрал другую. Сел покрепче, поправил очки и быстро, сухо напомнил, что ключи такой важности кому попало не раздают и что если у кого-то возникнут глупые идеи, то ему хорошо бы иметь в виду, что без этих ключей ничего как надо не заработает. Ничего. Так что если человеку, у которого эти ключи есть, нужен доктор, все идут и находят ему доктора. Немедленно, бегом, первым делом. Потому что, если с человеком этим, не дай бог, случится что-нибудь — скажем, он потеряет сознание, умрет или просто забудет, где они у него, эти ключи, — через пару часов тут начнется то же самое. Перегреется, погаснет и отключится навсегда, как снаружи.

И на слове «снаружи» ткнул пальцем в почерневший экранчик в нижнем ряду. Все послушно, как по команде, туда обернулись — ополченцы, майор, и чиновница, и даже Валера, который обещал себе не смотреть.

И подумали одинаково: всё, отключилось, — а потом стали думать разное. Девочка из Тойоты, например, просто снова подумала — папа, хотя на экранчике его уже не было и вообще ничего больше не было, словно ей померещилось.

Желтый старик тем временем огляделся еще раз, гораздо уверенней, и спросил: а чего они, собственно, ждут — непонятно задание? Оружие взяли, пошли! И теперь уже точно — доктора первого.