Тоннель

Руки у него заметно дрожали, левая щека снова была в крови.

— Ты ни при чем, мальчик, — сказал он. — Не бойся. Я просто не хочу здесь умереть. Дай мне ключ.

Старлей достал из кармана ключ от наручников и протянул ему на раскрытой ладони.

— Спасибо. Я это запомню, — сказал тот и подмигнул. И опять улыбнулся ласково, весело, как доброму знакомому, которого не видел давно, и встретил случайно на улице, и от души этой встрече рад.

Звук пистолетного выстрела, который стоил жизни злополучному капитану, в тоннеле услышали не одновременно.

Расстояние имеет значение, так что сначала звуковая волна пронеслась над опрокинутым навзничь мертвым мотоциклистом, не встречая препятствий, свернула по бетонной трубе, чуть замедлилась, добравшись до первых автомобилей, и патрульной машины достигла с опозданием почти в полторы секунды.

Очередь испуганно дрогнула, чиновница из Мерседеса резко подняла голову от своего блокнота, женщина-Кайен охнула и прижала ладонь к губам. Митя с Патриотом переглянулись.

— Это что, стреляли сейчас? — глупо спросил кто-то, потому что звук выстрела трудно с чем-то перепутать, его легко узнает всякий, кто хоть раз в жизни включал телевизор.

С другой стороны, люди часто задают вопросы, даже если заранее знают ответ, подумал Митя, просто чтобы кто-нибудь с ними об этом поговорил. Надо же как повернулось, вот тебе и нелепый мудила-капитан. А старлей-то. Совсем же пацан еще, симпатичный даже.

— Они убили его, да? — крикнула Ася из-за чужих спин. — Пап! Они что, его убили? — и начала выбираться из кабриолета наружу.

— Ну почему сразу убили, — сказал Митя, стараясь звучать уверенно. — Это предупредительный выстрел. В воздух, при задержании.

— При задержании? — повторила женщина-Мерседес, встала и снова сделалась выше всех. — Вы о чем?

— У них человек был в машине, — быстро ответила Ася, пока никто не успел ее перебить. — В наручниках. И этот толстый его бил, я видела. У него все лицо было в крови, — закончила она и огляделась, явно взволнованная общим вниманием, и вид у нее сейчас был такой детский, такой торжественный, что Мите захотелось обнять ее.

— То есть с нами в тоннеле сбежавший уголовник и никто нам даже об этом не сказал? — спросила мама-Пежо. — Я правильно понимаю?

Это заявление эффект произвело гораздо больший, и все взгляды тревожно обратились к полицейскому Форду. Вмятина на двери и темное пятно на обивке заднего сиденья стремительно приобретали новый зловещий смысл.