Топ-модель 2. Я хочу развод

Как же трудно поймать баланс! Иногда Порой ощущение, что теперь вся моя жизнь сводится к его поиску.

Семён мирно смотрит на дорогу, в машине играет детская песенка, которая нравится дочке. Я же набираю номер Эли и сообщаю радостную новость:

— Максим не против. Будем вас ждать.

— Ура! Ура! Аня, спасибо!

— Надеюсь, Тимур ест рыбу? Именно ее я планирую готовить.

— Съест. Никуда не денется.

Эля продолжает сыпать восторгами и предложениями, какие закуски привезти на ужин, а я, заметив движение слева, перевожу взгляд на тротуар.

Мы как раз обгоняем тучную женщину в пальто с вычурным мехом, из-под полы торчит желтая юбка в пол, на голове цветастый платок. Мелькает мысль: цыганка? С тех пор как вышла за Макса, всюду их вижу. А может, так работает наш мозг — замечает знакомое и важное?

Время от времени я читаю что-то про цыган, смотрю документальные фильмы. Хочу понять мужа. Хотя бы чуть-чуть больше разобраться в его сложном мире, расположившемся на стыке двух культур. Действующий муж, фиктивный или и вовсе бывший — неважно.

Максим отец Виты, и это навсегда. Наша дочь вырастет и будет задавать вопросы. Я должна быть готовой к этому.

э Машинально провожаю женщину глазами. Именно в тот момент, когда мы равняемся, ее левая нога жутко летит вверх. Поскользнувшись, бедняжка падает всем весом на бок, а у меня внутри все сжимается как от боли — живо представляю себе удар о лед. Это невозможно, но я как будто слышу звук падения. Глухой, тяжелый. Оборачиваюсь быстро, все еще слушая болтовню Эли, и вижу, что цыганка лежит.

Не двигается.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Сёма, видел? Давай остановимся.

— Нет. Кошмар какой. — И торопливо произношу в трубку: — Эля, прости, отвлекают. До вечера. Жду вас!

Я убираю мобильник в сумку. Семён тем временем уже разворачивается и тормозит в самой ближайшей точке.

— Сейчас, зайчик мой, проверим, как там тетя. И домой. — Целую дочку в лоб.

Семён выпрыгивает из машины и подбегает к пострадавшей.

Она кое-как присела, прижимает к себе руку, качает ее, как ребеночка. Семён технично ее осматривает, но и без диагноза понятно, что несчастной невыносимо больно.

Я сразу звоню в скорую, но оператор сообщает, что мы находимся в десяти минутах от травмпункта и быстрее довезти женщину самим, нежели ждать доктора. Гололед, вызовов много — могут и два часа ехать.

— Два часа?! — переспрашиваю.

На улице, как стемнело, стало совсем холодно.