Топить в вине бушующее пламя печали

Мог поговорить с семьей. Они получали возможность вновь увидеть человека, которого так хотели увидеть, и сказать то, что должны были сказать. Затем великий мудрец вынимал бабочку, и мертвый, наконец, мог упокоиться с миром.

Сюань Цзи был потрясен.

— А? Мы были уверены, что это просто паразит, неужели эта штука на самом деле волшебная?»

— Это паразит, — холодно произнес Шэн Линъюань. — С древних времен все траурные ритуалы — это лишь плод заблуждения живых. Смерть человека подобна погасшей лампе. Откуда, ты думаешь, взялись все эти бесконечные истории? Это просто очередная церемония.

Даже если в клане шаманов возникал спор, как лучше поделить имущество умершего, этот вопрос, так или иначе, решался главой клана. Никто не просил при помощи бабочек с человеческим лицом «позвать» для этого дела самого умершего.

Сюань Цзи промолчал.

Его превосходительство Бедствие не спешил разрушать свой устоявшийся имидж атеиста.

— Дунчуань… Дунчуань — страна диковин с плодородной почвой, богатая ресурсами и духовной силой.

Климат в этих краях очень переменчив. Порой здесь бывает солнечно, порой дождливо и снежно. За один день здесь можно лицезреть все четыре сезона, собрать осенний урожай8, увидеть, как распускаются весенние цветы и, сидя около пруда с лотосами, читать книги при сиянии снегов9. Даже вода здесь слаще, чем в других местах, потому эти земли породили множество редких сокровищ, о которых снаружи никогда не слышали.

8 有秋 (yǒuqiū) — получить богатый осенний урожай, в буквальном смысле намекает на то, что наступила осень.

«Дайте мне почувствовать наступление осени».

9 映雪 (yìngxuě) — [изучать книги] при свете, отражённом от снега (обр. о неудержимом стремлении бедняка к учёбе даже во времена, когда не на что купить свечу).

Человек и меч следовали за покачивающимся козлобородым. Слушая все это, Сюань Цзи чувствовал себя все более и более странно. Тон голоса Шэн Линъюаня казался равнодушным, но его слова были полны внимания. С нотками ностальгии он описывал полный сокровищ Дунчуань не как вражескую территорию… а как собственную родину.

— Конечно, это место было желанным для множества людей, — сказал Шэн Линъюань. — С древних времен конечная цель каждого отдельного спора между живыми существами, в конце концов, сводилась к вопросу получения земель и ресурсов.

— Значит, они использовали бабочек, чтобы защитить себя, — отозвался Сюань Цзи, — потому что эти создания могли не только «оживлять» мертвых, но и паразитировать на живых.