Топить в вине бушующее пламя печали

Эти детские голоса действительно были ему знакомы. Это был Его Величество и дух меча демона небес. Должно быть, он угодил в те времена, когда дух меча демона небес прятался у Линъюаня в спине, и они вынуждены были смотреть на мир одними глазами.

Похоже, он вновь оказался втянут в воспоминания духа меча.

Сюань Цзи ощущал себя крайне странно. Даже если это наследие «Бессловесной книги» Хранителей огня, то чем же занимались остальные тридцать с лишним его предков при жизни? Каждый день протирали штаны на дне долины Чиюань?

Поколения отбросов.

Могилы пришли в упадок, за всю жизнь ни единого слова о любви, наследию грош цена, неужели все, что они сделали, было настолько не примечательным? Ах нет, они ведь передали ему древнюю поваренную книгу!

Вот только он ничего не мог поделать с этим бесполезным наследием. Каждый день он проживал воспоминания ребенка, жившего три тысячи лет назад.

Сюань Цзи хотел было развернуться и уйти. Он не желал смотреть на воспоминания духа меча. Во-первых, они казались юноше слишком личными, и ему попросту было стыдно подсматривать за своими предками.

Во-вторых, у него не было никакого иммунитета перед Шэн Линъюанем. Всепоглощающая любовь и глубокая ненависть духа меча могли передаться и ему, а это очень повлияло бы на его повседневную жизнь.

Сюань Цзи вновь закрыл глаза и обратился к своему разуму, силясь вспомнить, как он сюда «вошел». Он планировал уйти отсюда тем же путем.

Сюань Цзи на мгновение растерялся. Подождите-ка, разве это не самая глубокая часть его моря знаний?

Ему впервые удалось нырнуть так глубоко, чтобы вновь встретиться с этим таинственным «наследием».

Но ведь, в итоге, оно принадлежало не ему. Так откуда в его сознании взялись воспоминания духа меча демона небес?

И эти таинственные железные ворота, что много раз являлись ему во снах…

У Сюань Цзи возникла странная догадка. И железные ворота, и кроваво-красная печать, казалось, были связаны с этими воспоминаниями.

А тем временем, лента чужой памяти двигалась вперед.

«Но я так голоден… Нет, это ты голоден.

Ты так голоден, что даже мне плохо», — жалобно бормотал маленький дух меча. Его речь казалась совершенно бессвязной.

Сюань Цзи на время застыл и лишь после понял, что именно сказал этот сорванец. Владелец меча и дух меча все делили поровну. Они еще не научились скрывать свои чувства друг от друга, и голод, похоже, тоже был общим.

Дух меча печально спросил: «Брат Линъюань, тетя Мэн Ся еще не начала готовить?»

Юный Шэн Линъюань приподнялся и огляделся.