Топор любви, или блондинка на велике

Прямо посреди двора стояла крутая тачка Кичигина, с капота до колес облепленная комками грязи так, что даже лобовое стекло не просматривается. Вокруг машины собралась толпа женщин во главе с Викой. У одних в руках были ведра с навозом, коим они активно закидывали внедорожник. У других - вилы и тяпки. Бабы им воинственно потрясывали над головами, приправляя все это дело гневными воплями, матюками и лозунгами.

- Да вы охренели, товарищи! - гаркнул я так, чтоб перекрикнусь весь этот бабий галдеж.

На мгновение стало очень тихо и бунтарки, опустив свои тяпки с интересом уставились на меня. Плотоядно так, словно прикидывая чем меня проще укокошить - лопатой или все же вилами.

Вперед вышла взлохмаченная Вика, деловито положила, невесть откуда взявшийся топор на плечо, и произнесла:

- Вы посмотрите, кто приехал? Наш начальник!

- Вика... - предостерегающе начал я.

- Вы бы, товарищ Бобров, заткнулась, и чесали в свою контору, пока мы и вас навозом не закидали!

Я от такой наглости даже потерял дар речи, а когда заметил всего перепачканного в навозе качка, которого Глист приставил работать на проходную, и вовсе выпал в осадок.

Мужик выглядел перепуганным и, явно пользуясь тем, что я перетянул внимание женщин на себя, ползком-ползком на полусогнутых ногах побежал прочь по дороге с фермы так, что только ошметки грязи от одежды в разные стороны разлетелись.

Вика проводила качка снисходительным взглядом и иронично поиграла бровями:

- Одного гада ползучего уже выгнали! Ай да остальных, девоньки!

Я со страхом подумал, что они сейчас Г листовой тачке все стекла повыбивают, но девки били умнее: расступились, что дать машине проезд и возобновили свою «навозную атаку»

Водитель внедорожника, не будь дураком, завел двигатель и едва дворники смахнули основную грязь, чтобы хоть как-то увидеть дорогу, сдал назад и на всех газах, повизгивая шинами, скрылся вслед за несчастным охранником.

Бабий батальон радостно заулюлюкал, завизжал от восторга, а дед Федор - пожилой, вечно прибухивающий скотник, принялся приплясывать да приговаривать:

- Молодцы, девоньки! Молодцы!

Я же глядя на всю эту вакханалию видел только ее - мою растрепанною, взмыленную и радостную Вику, которая не смотря не на что все равно рядом со мной.