Потом вернулась домой, сняла одно изображение кошки…
– Давай пока оставим живопись, – раздался за спиной голос Степана.
Я обернулась.
– Сама хотела то же самое предложить. Пусть уж лучше китч, чем громадные гвозди или дыры от них. Пошли выпьем кофе. Вот уж не думала, что неистовым стремлением сделать окружающим хорошо, научить их жить правильно, можно довести до истерики всех, кому желаешь горы добра и вагоны здоровья.
Глава 29
– Бедную Аллу Борисовну пресса довела до самоубийства, – сердито констатировал Кирилл.
– Бирюкова не медийная личность, долго обсасывать тему, как она травила больных гнилыми продуктами, не удалось. «Желтуха», «Сплетник» и все им подобные тявкали всего неделю. Если вспомнить, как они нападают на звезд, это просто щекотка. Но селебритис привыкли к укусам, конечно, им неприятно, но шоубиз оброс броней, улыбается в лицо гадюкам. А у Аллы Борисовны не было опыта общения с папарацци. Она после телепрограммы еле живая вышла, а потом на бедняжку накинулась пресса, вот женщина и ринулась к окну.
– Валентина не такая милая, – отметил Степан, – она старательно топила владелицу благотворительного учреждения, которая наняла ее работать на кухне. Но люди-то в центре умирали.
– Они все были инвалидами с детства, в тяжелом состоянии, – вздохнула я. – Хочется задать Валентине еще пару вопросов. Например, такой: с какой целью она так ярко выступила в телепрограмме?
– Можно попробовать, – согласился Степан.
– Но, думаю, Юркина быстро нафантазирует какую-то историю. Вероятно, лучше пообщаться с Вадимом. Он может знать нечто интересное.
– Ресторанчик открывается в восемь, до полудня там завтраки, – проговорил Кирилл. – Люди полагают, что самое напряженное время у трактирщиков – вечер. Это отчасти верно. Наплыв гостей с восемнадцати до двадцати двух велик. Но промежуток с семи утра до двенадцати дня тоже плотно заполнен, в особенности в кафе в центре. Многие любят позавтракать перед работой.
Лучше побеседовать с мужчиной после полудня.
– Правильно, – одобрил Степан. – Вилка, езжай к Валентине.
– Далеко рулить не придется, – улыбнулась я. – Юркина поселилась у Фаины Герасимовны. Странно.
– Что тебя удивило? – тут же отреагировал Владимир.
– У лифтерши есть квартира, – напомнила я. – Нельзя сказать, что очень просторная, но и не нора кролика. Она там прописана вместе с сыном, невесткой и внуками.
