Тот, для кого живу. Продолжение

И терять такого мужчину она не хотела. Фраза «я ждала его всю жизнь» была как раз про них.

Не замечая не отрывавшей от него глаз девушки в окне на втором этаже, Демидов, на ходу запахнувшись, нырнул в салон автомобиля, и уже через минуту во дворе остался лишь едва различимый след от колес на сероватом снегу. Мыслями Влад уже давно был в «Хорошево», пытаясь предугадать, что же может содержаться в этом «досье» на родственников-потерпевших. С учетом того, что фамилия одного из обидчиков Ксю была явно нерусская, да и сам пацан был слишком борзый (сцена у гаражей без труда во всей красе воскресла в памяти), стоило всерьез покопаться в этом направлении.

Еще и упомянутые Ксю «черные глаза в прорезях маски» нападавших наводили на мысль, что он, подобно охотничьей ищейке, взял верный след.

— Сильно я тебя не обнадежу, — несмотря на малообещающее вступление, Димону не удалось поколебать уверенности бывшего опера, — у Ковылевых я не нашел никого, кто мог бы играться в мстителей: мать воспитывала его и младшую дочь одна, занималась бизнесом.

Возможно, оттого сын от рук и отбился, превратился в отморозка. Живут тихо-мирно, вдвоем, все по тому же адресу, — он протянул Демидову лист бумаги с распечатанными данными на семью: адреса, телефоны, место работы, учебы. — Из ближайших родственников — брат матери в Челябинске, обычный трудяга-шахтер. А вот с Курбановыми все намного интереснее, — голосом, в котором звучали довольные нотки, заговорил Димон.  — Мало того что у них родни херова туча, с которой они все кучкуются, бизнес общий ведут, так и отпрыск их, Курбанов-младший, тот еще засранец, — еще один листок перекочевал над столом из рук действующего сотрудника к бывшему, — неоднократно задерживался за вождение в нетрезвом виде, имеет кучу штрафов за превышение, а несколько дней назад, так вообще, ночевал в обезьяннике за пьяный дебош в кафе.

— Когда это было? — на всякий случай уточнил Влад.

Порывшись в своих заметках, Димон назвал дату.

Демидов прикинул в уме — суббота, вечер, когда избили Ксю.

— И заметь, — негодующе скрипнул креслом Димон, откидываясь всем корпусом на спинку, — все эти подвиги совершает щегол, которому только недавно исполнилось восемнадцать. Студент-первокурсник, а берегов не видит уже.

— Живут все там же? — Влад невольно нахмурился. Опыт подсказывал ему, что такие больно прыткие юнцы, если их вовремя не прищучить, далеко идут.