Тот, для кого живу. Продолжение

Судя по его виду, он даже мог давать показания, чем тут же воспользовался капитан.

Демидов с Вороновым остались в коридоре. Во-первых, зачем им светиться перед пациентом, а во-вторых, врач настоятельно просил не утомлять больного. Но Владу и этого было достаточно — даже из коридора он смог без труда узнать знакомую рожу чернявого. Аслан Курбанов. Собственной персоной. И почему Влад не удивлен? Наоборот, он даже испытал что-то похожее на облегчение. Стало понятно, что к чему, пазл сложился. Осталось все это довести до ума — доказать причастность подстреленного к нападению на Ксю и вытащить ее с минимальными последствиями.

Капитан беседовал с потерпевшим недолго, а затем, все так же не говоря друг другу ни слова, они вернулись в отдел. Влад снова был простым шофером, охранником полковника. Все, что ему было нужно, он узнал чуть позже от Димона.

Кровь вскипела от обрисованной потерпевшим картинки, зато не осталось сомнений в том, что он наглая сволочь. Они с братом якобы шли по своим делам, как на обычный вопрос «Который час?» незнакомая им девушка выхватила пистолет и открыла стрельбу.

Что за дела у них в районе, в котором не проживает ни тот ни другой? И как же это нужно было попасть в яблочко, что в многомиллионной Москве брат убитого Владом Курбанова справлялся о времени у Ксю? Интересно, он часы на телефоне принципиально не ставит? Или даже телефона не имеет? А вот наводка на брата заслуживала особого внимания…

Влад почувствовал, как во внутреннем кармане куртки несколько раз настойчиво свибрировал мобильник.

На всякий случай проверив, кому же это не спится в столь поздний час — уж не Юле ли с Дениской, — совсем отключил звук. Лена… Он понимал, что она волновалась за него, но на объяснения не было ни времени, ни желания, поэтому он ограничился коротким смс: «Буду утром».

Воронов потянул его в кабинет начальника уголовного розыска. Димон уже тоже «поработал» — оперативно «организовал» записи с камер видеонаблюдения из аптеки, внутри и снаружи.

Не желая признаваться самому себе, что не нервничал так даже во времена своего бытия подследственным, Демидов склонился к монитору.

Напряженно вглядывался в фигуру Ксении, стремясь по ее поведению определить настрой, предугадать последующие события.

Вот она рассчиталась на кассе, взяла злополучную упаковку в руки и вышла на крыльцо. Остановилась, надела на руки перчатки и вроде бы спокойно спустилась по ступенькам. Через секунду скрылась из поля зрения, завернув в полутемную арку между домами.