Тот, для кого живу. Продолжение

 — Зачем напрягать посторонних людей? Ведь он мне не чужой. Твой сын, — на этих словах она слегка стушевалась, но затем бодро продолжила: — Ты же знаешь, как я отношусь к нему. И мне казалось, что мы с ним отлично ладили!

— Ну да, — согласился Влад и усмехнулся: — А как же работа? Меня сегодня в офисе весь день не будет. Ты за главную.

Девушка кивнула, соглашаясь, но как-то обиженно.

— Вечером приведу его, — он чмокнул ее в губы, заглянул в глаза: — Ну ты чего? Обиделась, что ли?

— Да нет, — пожала плечами Лена, — просто ты мне толком ничего не объяснил, а я не люблю недомолвок.

— Фантазия? — удивился Влад. — Ну и что тебе говорит твоя фантазия?

Ему и правда стало любопытно. Несколькими минутами можно было и пожертвовать.

— Моя фантазия мне говорит, — девушка открыто взглянула ему в глаза, — что ты до сих пор неравнодушен к своей бывшей, потому и мчишься к ней по первому зову.

— Глупости! — оборвал Лену Влад, невольно злясь на нее за то, что она легко раскусила его.

— Настолько серьезные, что ты не можешь мне сказать?

Он подавил вздох. От Лены так просто не избавиться. Она знает, чего хочет, и без обиняков подводит разговор к нужной теме. Ну хорошо, хочет знать, пусть знает…

— У нее проблемы с полицией. Ее задержали. Ей нужна моя помощь.

По тому, как изменилось лицо девушки, Влад понял, что такого рода неприятности — это меньшее, что могла ожидать Лена. И худшее…

— Что она совершила? — после долгой паузы, неодобрительно нахмурилась Лена.

— Неважно, — угрюмо ответил он. — Но она в полиции.

— Ее посадят? — видимо, фантазия девушки все-таки нашла себе благодатную почву.

— Не факт, — Влад уже начал жалеть о том, что не сдержался и брякнул лишнего. — Почему сразу «посадят»? — спросил, с трудом скрывая неприязнь. — И… это имеет какое-то значение?

— Но… как же… Денис… ты? И она… отсидевшая в тюрьме?

— Лен, — вспылил Демидов, — она пока еще не в тюрьме! А даже если и так, люди, отсидевшие в тюрьме, для тебя какие-то особенные? — по презрению на ее лице заподозрил, что это так.

— Влад, те, кто сидели, они совсем другие, — чуть ли не в ужасе выдохнула Лена.

— Другие? — оскалился Влад. У него, что, третий глаз во лбу вырос, что он стал «другим»? Или хвост? Или клеймо появилось? А может, он прокаженным стал? — Тогда я тоже «другой», — он навис над девушкой и говорил сердито, возмущенно, зло, — потому что сидел в тюрьме.