Тот, для кого живу. Продолжение

— Вот вырастешь, и я научу тебя из него стрелять, — пообещал не менее радостный отец и осторожно забрал оружие. — Но запомни, без моего разрешения его брать нельзя. Понял?

— Да! — с готовностью отозвался сын и даже подпрыгнул на месте от нетерпения. Словно не мог дождаться, когда вырастет.

Внезапно в их счастливую идиллию вторгся резкий и неприятный звук автомобильной сигнализации. Ободряюще улыбнувшись испуганно нахохлившемуся Дениске, поманив его за собой, не выпуская из руки пистолета, Влад устремился в кухню, к окну, по пути захватив с тумбочки в прихожей брелок с ключами от машины.

Далеко внизу, в холодном отражении снежного покрова, неровными рядами спали машины, а мимо них бесплотными тенями-точками сновали редкие люди. На беглый взгляд все казалось обыденным — просто его Kia Sportage резко отозвалась на какого-нибудь неуклюжего прохожего. Может, поскользнулся кто, да случайно задел машину. Всякое бывает… Нажав на кнопку на брелоке, Влад успокоил своего железного коня.

— Ну что, пошли книгу читать, сынок? — подмигнул Дениске он, выводя его из темной кухни на свет.

— А мама когда придет?

Надо же, не забыл, в который раз поразился Демидов, а вслух сказал:

— Сейчас мы ей позвоним, узнаем.

Закинув оружие на верхнюю и дальнюю полку антресолей, он вытащил телефон, однако дозвониться до Ксении не смог. Ее трубка молчала.

— На работе мама, — объяснил сыну, упорно отгоняя от себя мысли, что она, возможно, сейчас «занята» своим любовником — пользуется моментом, когда ребенок не мешает.

Сигналка снова завыла.

— Да что ж такое, — в сердцах выругался Демидов и, опять схватив брелок, кинулся к окну в кухне.

На этот раз внизу что-то происходило. Какая-то возня, потасовка, или даже драка. Отдаленно слышались крики, разъяренные вопли. И все это рядом с его машиной. Неудивительно, что она «заистерила». Вырубив сигналку, плотно захлопнув чуть приоткрытую форточку, Влад обратил внимание на сына, а то, что происходит внизу, его не касается.

Еще раз набрав номер Ксю и не услышав ответа, Демидов бросил эту затею. В конце концов, это ее забота — переживать о сыне. Если, конечно, ей есть когда. А то гляди-ка, больше вида напустила, что покоя ей нет при мысли о том, что сын плакать будет, а сама даже не позвонила.