Так вот, этот удивительный ученый многое ему объяснил про работу человеческого организма и про истинно правильное питание – информация весьма далекая от подаваемой официально или просто недоступная пока остальным ученым, или тут политика и финансы."
"Собственно, как правило, все, что делает человек на земле, – это политика и финансы, кроме некоторых мало кому доступных вещей. Но не суть, мы не об этом. Настолько Тимофей тогда впечатлился полученными знаниями, что все расспрашивал и расспрашивал того ученого и выяснял подробности, пока тот сам не загорелся идеей и не расписал Саргину на листах бумаги, как наиболее правильно питаться и какие продукты когда и как потреблять.
Типа и будет тебе счастье и долгие лета, если не пристрелят, разумеется.
Нет, ну на самом деле, вдруг завелся Тимофей этой новой информацией, ну интересно стало. И если учесть, что Господь и чьи-то там гены даровали Саргину приличное здоровье, спасавшее его не один раз еще в далеком детстве, а к нему приложились еще рекомендации по питанию – сначала пробовал, экспериментировал и заметить не успел, как потребление такого рациона очень скоро стало обычным образом жизни, то понятно, почему Тимофей и в сорок лет все еще «в поле» наравне с молодыми и уходить пока не собирается, хотя звание подполковника и обещанное скорое присвоение следующего звания уже всяко обязывали больше тактикой и стратегией в штабе заниматься, а не рысачить по разным местностям планеты.
Ну да ладно с этим-то, не про службу сейчас. К чему все это долгое отступление? А к тому, что сидели себе мужики, смотрели в темноту, слушали затихавший на ночь птичий гомон, попивали душистый чаек и общались, совершенно не нуждаясь в алкогольном дополнении к разговору.
– Все хотел спросить тебя, Вась, ты почему мне не сказал, что Степанида такая молодая? Я себе руководителя группы и преподавателя университета как-то иначе представлял. Несколько офигел, когда она на меня пистолетик-то навела: девчонка девчонкой. Еще подумал, туристка какая.
Славин многозначительно хмыкнул, но не ответил.
– Не понял вашего заявления, – насторожился Саргин, отлично зная такие вот хмыкания своего бывшего командира. – Что, имеется еще что-то, что ты мне про нее не сказал?
– Да ничего такого совсем уж страшного, – поспешил уверить его Славин и задал контрвопрос, уходя от темы: – А я смотрю, ты на Степаниду нашу повелся, Тимыч, и серьезно так.
– Нормально, – пожал плечами Тимофей. – Очень симпатичная девушка, сексуальная. Разумеется, в стойку встал.
