Нужно взять записную книжку, которая по-прежнему лежала на столе, и обзвонить ее друзей с горестной вестью. Открыв пухлую потрепанную книжечку, Наташа начала методично двигаться по алфавиту, от страницы к странице, от буквы к букве, с печалью отмечая, что многие телефоны зачеркнуты, а рядом с ненужными теперь цифрами стоят даты, обозначающие дни поминовения. Вот и номер дяди Мони, которого Наташа совсем недавно поздравляла с днем рождения.
– Боже мой, боже мой, – заохал Соломон Израилевич, – бедная Бэллочка! Какое несчастье! Подумать только, она как будто чувствовала, что не вернется оттуда.
– Да, Бэлла Львовна не очень хотела ехать, – согласилась Наташа.
– Я не о том. Она ведь завещание написала. Буквально за неделю до отъезда оформила.
– Завещание? – Наташа не поверила своим ушам. – Зачем? Она ничего мне не говорила. Вы точно знаете, Соломон Израилевич? Может быть, Бэлла Львовна пошутила?
– Да какие же шутки, Наташенька? Бэллочка приезжала к моей внучке в контору, у меня внучка – нотариус.
Я сам Бэллочку к ней и привел, все на моих глазах было.
– Бред какой-то, – растерянно проговорила Наташа. – Зачем ей нужно было завещание? Она же не собиралась… Она так хорошо себя чувствовала, о плохом никогда не говорила.
– Не говорила – не значит, что не думала. Ты же знаешь нашу Бэллочку, она все плохое при себе держала, чтобы окружающих не расстраивать.
– А что она вам говорила, дядя Моня? Почему решила написать завещание? И главное – почему мне ничего не сказала?
– Она для тебя отдельно от завещания оставила письмо.
Наверное, там все сказано. Приезжай, прочтешь сама.
На следующий день сразу после съемок Наташа помчалась к старому адвокату. Завещание! Да что там завещать-то? Можно подумать, у Бэллочки были несметные богатства и куча жадных родственников, которые будут с пеной у рта отстаивать свое право на долю в наследстве.
Неприватизированная комната в коммунальной квартире в прежние времена отошла бы государству, а по новым правилам права на нее переходят соседям, в коммуналки в последние годы никого не подселяют. Остаются книги, мебель, одежда и наличные, Вадим как раз недавно полностью выплатил свой долг. Большая часть мебели и одежда старые, их даже продать невозможно, только выбросить или отдать кому-то в виде благотворительной помощи.
