Никто больше не посмеет думать о нем плохо и называть убийцей! Он должен об этом знать, это лучше всякого лекарства. – Ира бросила взгляд на часы – еще только начало шестого. – А выступить можно и в следующем информационном выпуске.
– Ира, следующий выпуск будет в час ночи, когда все уже спят и тебя никто не услышит, – устало сказал Руслан. – Ты забыла о разнице во времени. У нас уже вечер. Если не выступать сейчас, то имеет смысл отложить до завтра. Делать сенсационные заявления в ночном выпуске – глупость.
– Ладно, – решилась Ира, – поехали на телевидение.
И оттуда сразу в больницу. Ты на машине?"
"Он молча кивнул и повел ее к припаркованным перед зданием редакции «Жигулям». На телестудию ехали молча, у Иры было неплохое чувство времени, и она в уме складывала слова во фразы, стараясь составить свое выступление, которое должно уложиться в три минуты. С чего лучше начать? «Здравствуйте, меня зовут Ирина Савенич, я актриса…» Или не надо про актрису? Какое значение имеет, кто она такая? С другой стороны, люди у нас привыкли больше доверять известным персонам, нежели дядям с улицы.
Конечно, большой известности у нее нет, но все-таки если назвать свое имя и добавить насчет актрисы, то кое-кто, может быть, вспомнит, что видел ее в телесериале. Хорошо, представилась. Что дальше? Объяснять, почему приехала сюда из Москвы? Или сразу брать быка за рога и приступать к истории, случившейся шестнадцать лет назад? Да, так, наверное, будет лучше. Все объяснения можно сделать потом, в конце. Было так-то и так-то, потом она узнала, что Бахтина необоснованно обвиняют совсем в другом, и прилетела, чтобы восстановить справедливость.
Спасибо за внимание. Никаких эмоций, одни голые факты. Эмоции могут иметь место, только если останется время. Эх, была бы на местном телевидении такая же программа, как «Герой дня» на НТВ! Двадцать минут в прямом эфире, да если еще с хорошим ведущим…
– Руслан, у вас есть что-нибудь типа «Героя дня»? – спросила она, прерывая молчание.
– Есть, по пятницам.
Ты хочешь остаться до пятницы?
Сегодня вторник. Нет, пожалуй, не выйдет. Она сможет вернуться домой только в субботу. А может быть, остаться? Ладно, она решит это позднее, когда сначала поговорит с Борисом Ивановичем, а потом позвонит домой и узнает, как отнеслись к ее внезапному и ничем не мотивированному отъезду.
На телевидении их уже ждали. Смазливая девчушка лет двадцати с небольшим приветливо замахала рукой, едва машина Руслана остановилась возле подъезда.
