Товарищ "Чума" (СИ)

— Хочешь сказать, можем договориться полюбовно, старичок?

— Не такой уж я и старый, — пробасил здоровяк, — так, немного седины в бороде…

— Это я образно. Так шансы договориться есть? — вновь уточнил я.

— Задал ты мне неразрешимую дилему, ведьмак… Может, и есть… — Пожал могучими плечами поп.

Ответ попа меня, честно говоря не только обрадовал, но и озадачил. Не так я себе представлял взаимоотношение церкви и прислужников дьявола, каким, несомненно в его глазах я и являлся. Я думал, что поп меня тут же «на костер» отправит… Ан, нет, здесь всё куда сложнее.

Ладно, тем интереснее будет, если всё-таки выкручусь.

— А зовут тебя как, служитель? — полюбопытствовал я, опустив Господа — моё общее состояние и так было совсем «не айс». А заполучить еще один приступ острой боли не хотелось.

— Зови меня отцом Евлампием… — видимо, по привычке произнес поп. — К-хе… Просто Евлампием зови, — тут же поправился он. — Твой-то «отец» — отец Лжи.

— Евлампием, так Евлампием, — согласился я.

— А меня можешь называть товарищ Чума.

— Чума? — Даже опешил от моего заявления попик. — Неужто сам Первый Всадник ко мне пожаловал?

— Да, нет, просто — товарищ Чума. Мой оперативный псевдоним для работы на оккупированной врагом территории. — Терять мне сейчас все равно было нечего, так что я спокойно лил попу в уши придуманную ранее легенду. — Разведчик я советский, из Ставки Главковерха. Диверсант в тылу врага.

— Фух! — неожиданно облегченно и шумно выдохнул отец Евлампий.

— А я-то подумал, грешным делом, что с самим «белым» Всадником сподобился столкнуться. Война уже во всю по земле нашей ходет, а Чумы мы еще не видали… Затерялся где-то Первый, хотя его конь всегда рыжего обгонял…

— И чего вы все к этому Всаднику прицепились? — я решил провентилировать этот вопрос теперь уже у «противоположной стороны». — Ну, запоздал чутка хлопчик, чего тут такого?

— Хлопчик? — Вылупился на меня поп, словно чудо-чудное увидел.

— Ой, держите меня двое! — раскатисто заржал он. — Смотрю, ты в ведовских реалиях вообще ни в зуб ногой? — довольно произнес церковник, отсмеявшись и смахнув с заросших волосом щек выступившие слёзы. — Не учат, что ль, матчасть на высших курсах комиссарских ведьмаков?

— Какую еще матчасть, дядя? Книгу заклинаний, что ли? Веды-гримуары?

— Ну, как же, — по-стариковски проворчал отец Евлампий, — Святое Писание.