Товарищ "Чума" (СИ)

Что-то в нём неуловимо изменилось… Но вот что?

— Уже применил, — произнес я, после непродолжительной паузы. — Но вы же понимаете, товарищ Суровый, что конкретики не будет? — Это новый вид оружия. Секретный. Экспериментальный…

— Понимаю, понимаю, но… Хотя бы в общих чертах… — продолжал настаивать командир партизан, переборовший, наконец, слабое воздействие моего дара, и взглянувший мне в глаза. — Чтобы понимать, с чем мы имеем дело. Я не имею права рисковать своими людьми!

Я смерил партизанского командира тяжелым взглядом и узким прищуров глаз.

Словно колеблюсь: говорить или нет. Наконец, когда пауза значительно затянулась, я согласно кивнул.

— Только в самых общих чертах, товарищ Суровый! Я думаю, вы понимаете всю полноту ответственности… — Многозначительно добавил я, незаметно стрельнув глазами в сторону батюшки.

Так-то особой нужды скрывать что-то от священника у меня не было. Но нужно же мне как-то набирать очки у командира партизан. Ведь так, или иначе, если моя диверсия будет удачной, информация обо мне однозначно уйдет «на верх».

А вот там уже точно будут ломать голову, выясняя, что это за «диверсант» и что это за используемое оружие.

— Слушай, Евлаптич, а ты воды не захватил? — показав на мои руки, «по локоть» испачканные в крови, спросил товарищ Суровый.

— Сейчас принесу, — прогудел поп, если и заметивший эту уловку, то вида не подавший.

А ему и не надо, он куда лучше партизана знает, кто я на самом деле такой, и какими методами действую против оккупантов. И он отлично понимает, что раскрывать свою настоящую сущность я не намерен.

А уж говорить о том, что против немцев применялось не секретное оружие, а средневековое колдовское проклятие, вообще из разряда небылиц.

Едва батюшка скрылся за дверью, я произнес:

— Вы точно доверяете этому священнику, товарищ Суровый?

— Пока с ним проблем не было, товарищ Чума. Он, хоть и поп, но сотрудничает с нами не за страх, а за совесть. Патриотизм не чужд даже религиозным гражданам… Даже тем, кто в своё время весьма претерпел от Советской власти.

Это, кстати, послужило отличной легендой, для налаживания контактов с фрицами. Они ему даже церковь позволили открыть, и восстановить приход.

— Наслышан, — кивнул я.

— Но на всякий случай, товарищ Чума, — произнес командир, — бдительность всё равно терять не стоит!

— А вот это очень правильная позиция, — согласился я. — Советую и со мной поступать точно так же, — «резанул» я правду-матку. — Может быть я тоже… засланный казачок.